Мы все вышли и забились в пикап Калеба. Я села в самой серединке джейкобсонского сэндвича: между Калебом и Питером. Калеб усмехнулся над моей мыслью и покачал головой. Пока он держал руку на моих коленях, а Рэйчел наслаждалась песней «Мьютмас», игравшей по радио, мы доехали до города и вскоре притормозили на стоянке.
Калеб помог мне вылезти из своей огромной машины, и я огляделась. Отсюда виднелись озеро и скамейки. Улыбнувшись, я вспомнила наше первое свидание. Свою первую поездку на мотоцикле. Первый обед в «Маглиз». Вспомнила, как в первый раз ревновала. Как Калеб впервые показал мне видение…
Я вздохнула. Казалось, прошла целая вечность.
– Как я в тебя влюбился, – прибавил к моему списку Калеб, обняв меня и положив подбородок на мое плечо.
Я повернула голову и коснулась щекой его щеки.
– Правда?
– Правда. Когда ты понеслась по настилу и вынудила меня броситься следом. Я понял: пиши пропало.
– Ну, я же легкой атлетикой занималась.
– Потому-то я тебя и не поймал. Но ты ко мне вернулась, как мотылек к огню.
– Потому что ты меня обманул! – игриво заметила я.
– Признай, ты просто-напросто не смогла передо мной устоять, – прохрипел Калеб. – Признайся.
– Еще чего.
– Эй! – окликнул нас Биш с порога закусочной. – Вы идете?
– Идем! – крикнула я. – Тебе просто повезло. Я как раз собиралась предложить матч-реванш.
Калеб засмеялся:
– Ой, да ну! Может, в скорости я тебе не ровня, но реакция у меня как у мангуста.
Когда я потянулась к дверной ручке, Калеб так быстро дернулся вперед, что я моргнуть не успела – а он уже открыл передо мной дверь.
– Позвольте мне, – произнес он, и я улыбнулась.
Калеб повел меня к столу, где сидела наша семья, и вскоре мы уже ели, смеялись и давали Бишу дегустировать свои блюда. И отдегустировал он их хорошенько… Спорю, он в два счета выиграл бы в конкурсе обжор!
А потом я услышала то, что и не думала когда-нибудь снова услышать. Голос – точно ногтями по грифельной доске.
Эшли.
– Калеб, – промурлыкала она. – Приветики.
Мы с Калебом сидели к ней спиной, поэтому обернулись. Впитывая всеобщее внимание как губка, Эшли еле заметно выпятила грудь и задрала подбородок. Я сглотнула, едва сдерживаясь, чтобы что-нибудь не сказать.
– Эшли, – сказал Калеб, и все, кроме нее, поняли, что он ей не рад.
Она улыбнулась и положила руку ему на плечо. Питер при виде этого округлил глаза и взглянул на меня. Наверное, решил, что я ей башку оторву. А я посмотрела на Эшли и, заметив, как она слегка подалась вперед, решила, что именно это сейчас и сделаю. Я собралась было подняться, но тут моей руки коснулась Джен.
«Просто подожди».
Я перевела взгляд на Калеба.
В последний раз он послал ее ко всем чертям только после того, как она меня оскорбила. Неужели он позволит так себя лапать перед собственной…
Он скинул ее руку и поднялся, свирепо на нее глядя.
– Уходи, Эшли.
Она усмехнулась:
– Я здесь со своей семьей.
– Тогда возвращайся к ним.
Эшли так и стояла на месте, будто ждала продолжения, и Калеб прибавил:
– Ты же видишь, что со мной Мэгги. Знаешь, что мы вместе. И я не раз говорил тебе, что между нами ничего не может быть. Ничего. На выходных мы с Мэгги поженимся.
– Ты женишься
Я услышала, как Рэйчел и Питер ахнули. Я больше не могла это терпеть. Мое тело было готово взорваться, так сильно мне хотелось прибить эту нахалку. Я глубоко вздохнула, и тут замерцал свет. Эшли с презрением на меня взглянула и вновь посмотрела на Калеба. Он покачал головой и немного помолчал, пытаясь успокоиться. Все-таки это девушка.
– Эшли, Мэгги не беременна. Я просто ее люблю.
Она поморщилась так, словно учуяла какую-то вонь.
Калеб не отступал:
– Я люблю ее всем сердцем, поэтому прекрати вести себя как ребенок и успокойся уже.
– Отлично! – надулась она. – Женись на этой малолетке, мне плевать! Сдался ты мне! Можешь теперь обо мне забыть, потому что между нами все кончено!
– Ничего между нами не кончено. – Калеб выждал драматичную паузу; Эшли тупо на него глядела. – Потому что ничего и не было!
Она зашагала прочь, тряхнув своими светлыми, как у Барби, волосами. Калеб повернулся ко мне и тут же начал извиняться. Я приложила палец к его губам.
– Хватит, – прошептала я. Я закрыла глаза и глубоко вздохнула, а когда открыла их вновь, то увидела, как Эшли, насупившись, сидит со своей семьей в другом конце зала. Нареченная во мне сказала: «Давай же. Подари ей пару проплешин. Тебе станет лучше», – но я сделала еще один вдох, стараясь успокоиться. – Не надо. Все отлично.
В конце концов, Калеб мой.
Он коснулся моей шеи и погладил костяшками пальцев метку Провидицы. Я сразу же почувствовала умиротворение и тихо выдохнула. На губах у Калеба возникла еле заметная ухмылка.
– Не зазнавайся, Джейкобсон.
– Что? – Он подался чуть ближе. – Я же говорил, какая ты соблазнительная, когда ревнуешь. А какие звуки ты издаешь, когда я к тебе прикасаюсь!.. – прошептал он, прижавшись к моей щеке. – Держите меня.
