Еще при первом заходе я с помощью мощного прожектора катера смог рассмотреть обломки антарского крейсера. Видимо, того самого, с помощью которого определили, что червоточина не губительная. Обломки дрейфовали километрах в полутора от входа.
Догнав «Волчонка», я залетел на открытую летную палубу и, передав катер в «руки» Прапора, поспешил в рубку.
– Курс семь ноль шесть. Наша цель за второй планетой, – приказал я.
Жорин включила все одиннадцать прожекторов, и с помощью обзорных камер стала ориентироваться в пространстве аномальной системы. Сканер приказал долго жить, показывая мощные помехи на экране, так что оставалось надеяться только на свои глаза.
Понятное дело, из-за того, что видели максимум километров на пятьдесят, крались мы фактически на ощупь, очень медленно.
– Датчики засекли притяжение, – сообщила Жорин. – Похоже, мы подходим ко второй планете, первая прошла по правому борту.
– Снизить скорость, стабилизировать крейсер в системе. Не будем рисковать своим единственным кораблем, – пояснил я женам. – Проведу ближнюю разведку на катере, он для этого больше всего подходит.
– Хорошо, – согласилась старшая. – Только будь осторожен.
Быстро спустившись вниз, я встретил в кают-компании пилота Эрника Луззера.
– Как дела, кэп? – спросил он.
– Прибыли на место, в данный момент проводится ближняя разведка. Транспорт еще не обнаружен, так что пока отдыхайте.
– Да уж наотдыхались, пока летели, – хмыкнул он, провожая меня взглядом.
Спрятавшись от любопытного пилота в техническом переходе, я поспешил на летную палубу. Быстрая проверка катера – и как только бронеплиты открылись, вылетел наружу.
Связь, чем дальше я отлетал от крейсера, тем была хуже, пока не пропала совсем. К этому времени я отлетел всего на пятьдесят тысяч километров.
Мертвую планету, за которой по информации барона и был спрятал «Болиф», я облетел за полтора часа. Однако транспортник так и не смог обнаружить.
– Фиксирую что-то непонятное прямо по курсу, – сообщил вдруг искин катера.
– Черт! – воскликнул я, когда впереди в луче носового прожектора возник темный корпус грузовоза. Активировав передние маневровые, я стал гасить скорость, однако это не на дороге, где машина может встать как вкопанная. Дав гари нижним передним маневровым, я задрал нос катера и прошел впритирку к борту транспортника.
– Уф! – выдохнул я, когда корабль остался за кормой.
Развернувшись, вернулся обратно и, используя оба прожектора и камеры наружного наблюдения, за двадцать минут облетел всю трехкилометровую тушу огромного грузовика, разглядывая и прикидывая, как его восстанавливать. На первый взгляд «Болиф» был цел, но это только на первый взгляд. Кроме самой большой проблемы – с гипердвигателем – нужно было восстановить несколько энерголиний, подремонтировать два маневровых движка, ну и провести комплексное обслуживание корабля после более чем столетней консервации.
Зафиксировав, где находится корабль – пришлось делать жесткую привязку к выходу из аномальной системы, – направился обратно к «Волчонку».
Как только связь стала доступной, я сообщил женам сквозь шум помех:
– Мы нашли его, – переждав радостный визг, продолжил: – Жорин, лови файл с координатами. Как только я поднимусь на борт, сразу же выдвигайся к нему. Встанешь в километре от транспортника.
– Работы сегодня начнем?
– Нет, вечер, завтра, – сообщил я, однако не учел того азарта, что овладел не только моими женами, но и нашими пассажирами.
В общем, после ужина все техники, включая меня и выведенную из учебного сна Олию, надели скафандры и дружно погрузились в катер. На крейсере остались только Жорин с Милой и пилот со своими операторами вооружения и защиты. Последним, пока все системы «Болифа» не заработают, делать на нем было нечего.
Как только катер пристыковался к ближайшему в жилом модуле шлюзу «Болифа», я вышел из рубки и подошел к шлюзовой, где собрались остальные члены команды и мой дешифратор. Только семейная пара из грузовых техников должна была остаться на катере, чтобы на нем осмотреть груз и составить рапорт.
– Ну что, друзья, приступим к тому, для чего мы сюда прибыли? – спросил я с улыбкой.
– Да-а! – хором ответили мне.
– Значит, так. Люмьер, на вас осмотр двигателей, особое внимание двум передним маневровым, они повреждены. Запчасти в трюме «Волчонка». Регон и Олия – в реакторный отсек. На вас запуск реакторов. Как только они выйдут на десятипроцентную мощность, то запуск системы жизнеобеспечения; баллоны с воздухом в трюме катера, если не хватит, на «Волчонке» еще есть. Броснегам осмотр груза, ну а я в рубку, буду взламывать искины. Напомню, что через два часа мы отбываем обратно на крейсер. На этом все, попрошу пройти в шлюзовую.
Как только воздух был откачан, мы открыли люк и через распахнутую шлюзовую «Болифа» попали на корабль. Через минуту, посвечивая фонарями скафандров, мы разошлись по пока еще мертвому кораблю. В это время от «Волчонка» отходили челнок и бот с инженерными и техническими дроидами. Ими управлял Быков.
Ночью, когда мы укладывались спать, Мила спросила:
– Так что с грузовиком, я так и не поняла?
