«Жестокая, – так заключает он, —Уж если ни года мои, ни просьбы,Ни слезы преклонить тебя бессильны,Тогда тебе открыть я должен тайну.Узнаешь ты свое происхожденье,И уж решай сама, как поступить».Он требует настойчиво, Клоринда,Дыханье затаив, ему внимает.20«Сенап был Эфиопии царем;Быть может, он там царствует доныне;Он сам и с ним все эфиопы СынаМарии, Иисуса, почитают.На женской половине во дворцеЯ жил и там прислуживал царице:Хотя она была и черной кожи,Но цвет ее красы отнюдь не портил.21Сенап ее неистово любилИ ревновал с не меньшим пылом также;Терзаемый губительною страстьюИ от людей жену скрывая, онРавно хотел бы скрыть ее от Неба.Разумная и скромная царицаЖила в уединенье неизменномИ счастье обретала в счастье мужа.22Картина у нее была в покояхСвященного значения: как снег,Сверкая белизной, в цепях, под стражейДракона дева юная томится;Чудовище копьем пронзает витязь,И плавает оно в своей крови.Перед картиной часто в умиленьеМолитвенном царица преклонялась.23Невдолге забеременев, царицаРождает дочь такой же белизны:То ты была… До глубины сердечнойОна поражена нежданным чудом;Потом ей стало страшно, чтобы в беломРебенке доказательство изменыНе увидал ревнивый муж, и скрытьОт глаз его она тебя решилась.24Тогда ей предложили заменитьТебя новорожденной эфиопкой:Служанка лишь да я имели доступВ ту башню, что служила ей жилищем;И мне она с доверием вручилаСокровище свое. Осталась тыНе погруженной в воду по обряду:У эфиопов он бывает позже.25Печаль несчастной матери кто мог быВоочию представить! Сколько разОна тебя в объятиях сжимала!Прощалась сколько раз она с тобою!Слезами орошенные глазаОна возводит к небу напоследокИ молвит: «Боже! Сердца моегоТы видишь глубочайшие изгибы!26И знаешь Ты, что я не осквернилаНи помысла, ни ложа своего…Не о себе Тебя я умоляю:Во многом я грешна… Но, Боже правый,Спаси малютку чистую! Пусть будетОна, как я, строга в законах чести,А находить пути к земному счастьюНаучится уже пусть от другой.27И ты, небесный воин, что от змияИзбавил эту девственницу, ты,Чей образ я дарами золотымиУкрасила в мерцании лампады,Будь ангелом-хранителем для той,Что не познает материнской ласки».Страдалица смолкает и от скорбиЛицо бледнеет сразу, как у мертвой.28Взял на руки тебя я, оросилСлезами и унес в корзине, сверхуДля виду положив цветов и листьев.Не выдав никому заветной тайны,Я из дворца ушел переодетый.Меня под сень густую принял лес;И вдруг идет ко мне тигрица с пастьюОткрытой и горящими глазами.29
