Мы все путешествуем во времени. А может время путешествует в нас. Время, возможно, субъективно и, возможно, объективно. Эта книга (первая из четырех законченных), написанная в жанре научной фантастики, предлагает свое измерение и освоение времени. Адресована всем любителям фантастики.
Annotation
Мы все путешествуем во времени. А может время путешествует в нас. Время, возможно, субъективно и, возможно, объективно. Эта книга (первая из четырех законченных), написанная в жанре научной фантастики, предлагает свое измерение и освоение времени. Адресована всем любителям фантастики.
Виктор Ананишнов
Книга первая
Часть первая
Странные визитёры
Иван Толкачёв
Жизнь прораба не сахар
Иван согласен
Учитель
КЕРГИШЕТ
Уроки ходьбы во времени
Ходоки во времени
Ренк проклятый!
Ходоки — тоже люди
Время
Поле ходьбы
Собрание ходоков
Ваня может
Часть вторая
От Ивана
Пропажа ходоков
От Ивана
Часть третья
Последний Подарок
Люди Прибоя
Дочь Пекты Великого
Сила огня
Прибой
Пустыня
Эламы
Пояс Закрытых Веков
Встреча
Выбор
Напель
Разведка
Переход
Лестница
Средневековье
Штурм
Погоня
Творящий Время
Неравный поединок
Гнев Напель
Долгое возвращение
Долгое возвращение
Пояс, и не только
Пояс, и не только
Апартаменты Напель
Конец Творящего Время
Напель, Напель!
Виктор Ананишнов
ХОДОКИ ВО ВРЕМЕНИ
Книга первая
ОСВОЕНИЕ ВРЕМЕНИ
Санкт-Петербург
Красный Бор — 2006
Часть первая
УЧЕНИК И УЧИТЕЛИ
Странные визитёры
— Ваммм! — услышал он и в то же самое мгновение десяток мягких, но сильных рук схватили его, смяли, скатали в небольшой тугой шар и бесцеремонно катнули в неизвестность.
Шар (он — Иван Толкачёв) упруго подпрыгнул на выступе, перевалил его и, глухо стукая, как в пересохшее дерево, покатился по невидимым жестким и холодным ступеням куда-то вниз, в темноту.
Шар катился и прыгал без задержек, а Иван, хотя и чувствовал и знал, что он — это шар, но как будто бы в то же самое время висел где-то над ним и рядом, слышал стук, ощущал движение извне и старался разглядеть его в темноте.
Через некоторое время, подпрыгнув в последний раз, шар остановился. Неведомая сила навалилась, стиснула Ивана в малом объеме шара. Раздался короткий звук лопнувшей струны и…
Иван проснулся.
В тишине торопливо и чётко, с под звоном тикали часы. Что-то передвигали, или ему это показалось, этажом выше. За окном шмелем прожужжала машина. И наступила тишина.
Не открывая глаз, Иван потянулся и подумал, что всё было сон и чепуха. Та, которая тайком прокрадывается в наш мозг, когда мы спим, и творит там такое, что и, бодрствуя, не придумаешь…
Чепуха! Но совсем недавно у него по спине бегали мурашки, и рывками работало сердце.
Иван притаился, ожидая нового чуда, которым так богат утренний сон, но спать уже не хотелось. Счастливо вспомнил: сегодня выходной. Вот сейчас он встанет, спокойно умоется, тщательно побреется… Нет, бриться не будет. Со щетиной можно походить денёк. Зато, не спеша, просмотрит газету, позавтракает и на весь день укатит за город. Ну, например, в Рощино или, ещё лучше, в Павловск.
— М-м…
Вдруг вспыхнул яркий свет, ударил по глазам сквозь веки и заставил Ивана крепче зажмуриться.
— Что такое!? — всполошился он.
Открыл глаза и приподнялся на локте.
Он лежал на широком ложе, устланном нежным ворсистым покрывалом. Его же давно обжитая полуторная кровать с матрасом и простынями куда-то исчезла. Стены его тесноватой комнаты округлились и раздвинулись вширь, потолок — в высоту. Ослепительный свет падал не из окон, а от белой тарелки купола. У противоположного от Ивана полукруга стены что-то горело. Ароматный дымок, лениво и прихотливо извиваясь, пепельно-голубой струйкой тянулся вверх, под купол, а там растворялся на светлом фоне.
Тепло и нега царили в этом помещении.
Неужели он и вправду заснул и ему сниться чудный сон? Однако прочувствовать и по-настоящему отдать должное окружающей красоте и уюту Ивану толком не удалось, потому что рядом с его новым просторным ложем на причудливых пуфах восседали не менее занятные люди.
Они смотрелись уж слишком реально, чтобы можно было усомниться в яви.
Перед ним было двое мужчин.
Ивану понадобилось несколько мгновений, чтобы тренированным взглядом их оценить и выделить детали этих незнакомцев — внешний вид, позы, лица. И… успокоиться. От них не исходило угрозы. Напротив, веяло умиротворённым ожиданием, когда он проснётся.
Ближе к нему сидел худощавый блондин с высоким морщинистым лбом над серо-голубыми глазами в опушке длинных ресниц. Его тонкие веснушчатые руки свободно лежали на острых коленях. Чёрный костюм, пиджак расстёгнут, снежно-белая рубашка, широкий, в горошек, галстук. Лицо умное, спокойное, в глазах затаилась сверкающая слезинка.
