Правдивый рассказ матёрого звездопроходца о том, как он вёз земной зоопарк через враждебный космос.
— Пусть меня спишут в диспетчера, если после того, что я расскажу, вы не измените отношения к насекомым, — пробасил Роман Эдуардович Стамов, он же Ред Стамов, он же Звездный Волк.
Я тихонько приотворил дверь и протиснулся к свободному стулу.
— Теперь-то отношения с тахильдами стали лучше, а помните, раньше, чуть не до вооруженных столкновений доходило? Нынче они притихли, еще бы, крупнейшую эскадру звездных крейсеров потерять — не шутка. А началось все с того, что меня послали к Скорпиону — зоопарк отвезти колонистам. Должны же тамошние дети знать фауну своей прародины. Вы смеетесь! — голос Звездного Волка гудел как из бочки. — Вы думаете: мышки, мартышки, крольчатки, бельчатки — как хорошо! Знаете, сколько у человека нервных клеток? Около тридцати миллиардов! Так вот половину я потратил на этих животных.
Со мной, то есть со зверями, лететь должен был специалист по перевозкам животных, но его внезапно на Лигду вызвали, по случаю обнаружения там трехголового змея. А заместитель его на Ольвии застрял. Должен был на Землю чету игуанодонов доставить, но те перед самой отправкой сбежали. Сотрудники зоопарка лететь не могут — пока анализы сдадут, пока визы оформят… Время идет, звери, загруженные в корабль, пищат и воют, на волю хотят. Естественно, у них в зоопарке у каждого загон не меньше стадиона и все удобства, не то что на «Хризантеме».
День искали сопровождающего, два, наконец Пал Сидрыч, начальник Космопорта, вызвал меня к себе и ласково так говорит:
«Понимаешь, Рэд, некому лететь. На тебя вся надежда. Выручи, не подведи. Ты уж как-нибудь один на Скорпион сходи, а? Ты только доставь живность, а зоотехника мы туда с Оберона мигом на „попутках“ подкинем. Руководство по уходу за зверушками тебе дадим, не съедят же они тебя, в клетках ведь. Рискни!»
Уговорил. Жду диспетчера с маршрутным листом, а вместо него появляется директор зоопарка, седенькая такая старушка.
«Здравствуйте, голубчик. Наконец-то минутку выбрала, посмотреть, как мои питомцы тут устроились. Проведите, будьте добры».
Пошли мы к клеткам. Около каждой старушка останавливается, разговаривает. Не со мной, естественно, со зверями. До слонихи дошли, встала старушка, поглаживает ей хобот:
«Настенька, маленькая моя, как тебе тут живется? — И ко мне: — А вы, молодой человек, знаете, что она вот-вот родить должна?»
Я так и сел. А старушка дальше идет, лакомые кусочки сквозь прутья клеток просовывает. Дошла до здоровенной гориллы, руками всплеснула и причитать начала:
«Дитятко, Сигизмунд! Кто это тебя так?! — И на меня как на палача и душегубца смотрит. — Это ручная обезьянка! Она с нашими сотрудниками за одним столом ест, с их детьми играет. Как вы решились его в клетку засадить? У него же характер от этого испортится! Смотрите, довели до чего!»
Не знаю, до чего довел. Нормально сидит, жрет банан.
Прижимается старушка к прутьям клетки и чуть не плачет.
Оставил я ее и бегом к начальнику Космопорта.
«Так и так, — говорю, — Пал Сидрыч, снимай меня куда хочешь, лучше я на автоматической линии Венера-Земля уран возить буду, чем со зверями дело иметь. Сигизмунд в клетке! Директорша в слезах! Слониха рожать собирается!»
Усадил. Поговорили. Убедил. Сигизмунд — милейшее создание, слониха раньше Скорпиона не родит, а пилотов других нету. Рассовал я по карманам бананы, загрузил корабельный информатор кристаллозаписями об уходе за животными и стартовал.
К концу десятого дня мы с Сигизмундом рассорились — я съел его банан, совершенно случайно, а он, якобы случайно, замкнул систему вентиляции. То есть не напрочь, конечно, всего-то раза два рисингулятором по пульту треснул, но вытяжка работать стала скверно.
Слониха, собиравшаяся рожать, родила. Я не акушер, а одновременно вести корабль, чинить вентиляцию — вонища страшная — и принимать слоненка — покорно благодарю. Стало мне сниться, когда заснуть удавалось, что рожает слониха бегемотика с крылышками, а Сигизмунд его похитить хочет. Ну и прочие увлекательные вещи. Короче, не уследил я за менгоцитором, экспериментальный образец кстати, его в производство так и не пустили, и пришлось мне выруливать к Айпе — подремонтироваться.
Айпа — небольшая, очень милая планетка, вся водой покрыта, один материк размером с Австралию. Благополучная планетка: ни войн, ни эпидемий, и расположена как раз на большой космической дороге, так что инопланетяне у них не редкость. Землян, правда, поскольку айпинцы с тахильдами торгуют, еще не было. Но мне-то выбирать не приходилось.
Дал я запрос и опустился недалеко от столицы. Едва успел разгерметизироваться и приборку сделать, как специалисты местные прибыли — ремонтники — большая толпа, веселые ребята, симпатичные. Заходят на корабль и, смотрю, начинают маяться. Шутить перестали, жмутся, один другого вперед пропускает, и все на меня поглядывают. Что такое?
