Всё пережито, прожито. УсталостьВ моей душе, как будто ваты ком.Мне всё равно, что мне ещё осталось,Мне всё равно – придёт ли что потом.И пусть бредут ещё куда-то годы,Куда? Зачем? Мне это всё равно.Осенним золотом украшена природа,Но равнодушно я смотрю в окно.Мне надоела эта позолота,Тепло и синь почти июньских дней.Стоит октябрь. С ума сошла погода.Я жду унылых затяжных дождей.И пусть снежинки в хороводе беломУронят наземь тихую печаль…Все позабыто, в прошлом, отзвенело,И ничего в ушедшем мне не жаль.Не жаль мне лет, что мимо пролетели,Не жаль любви своей – уж не суди.Всё заметут январские метели,Над всем поплачут серые дожди.А я устал. Устал. И понапраснуВо что-то верить сердцу я не дам.Сгорел дотла костёр рябины красной,Пора прийти осенним холодам…Саулкрастовский филин[1]
Расскажи, саулкрастовский филин,Снова сказку ты мне в тишине.Ночь к рассвету близка, бьёт четыре,И ни звука не слышно в квартире,Отчего же не спится вдруг мне?Помнишь ночи, те длинные ночи,Что с тобой проводили вдвоём?Ты, пушистенький серый комочек,В темь таращил зелёные очи,Я же молча писал за столом.За окном диск луны поднимался,Серебром заливая пейзаж…День настал, я с тобой попрощалсяИ уехал. А ты – ты остался,Молчаливых ночей моих страж.И тебе, саулкрастовский филин,Суждено век в пыли пролежать,Не расскажешь ни сказки, ни были,Все давно о тебе позабыли,Всем давно на тебя наплевать.Средь людей не ищи ты кумираИ в ночи никого не зови.С первых дней сотворения мираЭто участь пустых сувенировИ сгоревшей ненужной любви…«В ночь упёрся свет фар, как пророчество…»
В ночь упёрся свет фар, как пророчество,
Тьму с дороги в кюветы гоня,И несется моё одиночество,Неприкаянность мчится моя.Где конец этой гонки отчаянной,Долгожданной стоянки огни?Кто мне скажет с любовью нечаянной:«Подожди, ты устал, отдохни…Погляди ты в глаза мои пристально,Руку дай – я с тобой погрущу,Ты мне нужен, родной мой, единственный,Никуда я тебя не пущу…»Но рокочет мотор вновь пророчисто,Призывая забыть суету.Вновь садится за руль одиночествоИ уносит меня в темноту…«Снова сердце своё растревожил…»