От Андропова к Горбачёву полностью

Советскому социализму вскоре исполнится 70 лет. Единственно, в чем он преуспел за это время в социальной жизни — это уничтожение старых господствующих классов и создание вместо них новых господствующих классов — материально более привилегированных, ибо государство это они. Философию создания «бесклассового социалистического общества» они давно осмеяли как «мелкобуржуазную уравниловку». Принцип социализма «платить по труду» они расшифровали дифференцированно — представители господствующих классов получают по «капиталистическому» принципу за качество услуг режиму, прямо пропорционально высоте ступени в служебной иерархии, на которой они находятся, трудовые классы получают по «социалистическому» принципу за количество труда — «знатные производственники» или «рабоче-колхозная аристократия» с надбавкой за заслуги перед режимом, а рядовая масса лишь за отработанные или отсиженные часы.

Новая программа не вносит изменения в эту социальную структуру и не предусматривает уменьшения социальной дистанции между классами в советском обществе. Наоборот, она увековечивает их. Соответствующее место гласит: «Полное преодоление различий, формирование однородного общества завершится на высшей фазе коммунизма». Когда наступит эта «высшая фаза коммунизма», программа умалчивает, а гадать на эту тему Горбачев считает «беспочвенной фантазией». Трудно с ним не согласиться.

Особенный интерес представляет в программе раздел «Развитие политической системы советского общества». Интересен он не новыми идеями, которых там нет, а продолжением сталинской фальсификации учения классиков марксизма о судьбе государства при социализме-коммунизме. Приняв хрущевскую «игру в дефиниции» о том, что «диктатура пролетариата» превратилась в СССР в «общенародное государство», авторы программы сами продолжают «игру в дефиниции». Они пишут, что это «общенародное государство» есть «социалистическое самоуправление», оно будет существовать и при коммунизме, но будет называться уже «коммунистическим самоуправлением». Причем «ведущей силой этого исторического процесса выступает партия — ядро политической системы советского общества»; это мы уже слышали из программы Хрущева и «Конституции» Брежнева, но то, что мы слышим сейчас от Горбачева по поводу государства — совершенно ново и беспримерно не только в марксизме, но даже в самом советском государственном праве. Программа объявляет советское государство всего лишь «звеном» в партийно-политической системе, наряду с другими «звеньями», как профсоюзы, комсомол, кооператив и т. д. Вот соответствующее место: «Под ее (то есть партии) руководством функционируют все другие звенья этой системы — советское государство, профессиональные союзы, комсомол, кооперативные и другие общественные организации». И тут же, явно противореча самим себе, приводят слова Ленина, что трудящиеся не знают при советском строе «никакой другой власти, кроме власти их собственного объединения». Ведь «власть их собственного объединения» и есть государство народа, тогда как партия составляет в этом советском государстве и сейчас только каких-нибудь шесть процентов народа. Это, конечно, право партократов кощунствовать над своим вероучителем, но почему фальсифицировать общеизвестные факты? Ленин держался в вопросах судьбы государства при социализме позиции Маркса и Энгельса. Она широко известна из трудов Ленина, распространяемых в миллионах экземпляров не только в СССР, но и во всем мире (ЮНЕСКО выпустило только в 1979 г. 409 переводов Ленина на разных языках мира, вот куда шли американские доллары — США оплачивали 25 % расходов ЮНЕСКО).