Песнь казалась незаконченной, недопетой. Как моя прошедшая жизнь. Я без чувств повали-лась на землю. А руки всё тянулись к огню Жизни. Суставы, сухожилия гнулись, разрывались от безволия и неволи. Каждая клеточка, казалось, превращалась в небольшую звезду и, добравшись до кровавой цели, взрывалась тысячью леденящих искр. Огонь. Это была сама Жизнь. Я знала. Но мне она недоступна. Почему? Её у меня бессовестно отобрали.
Я не сдамся. Я буду сильна.
Сумасшедший дом — приют для тех, кто не может жить в нашей сумасшедшей среде.
Я сидела в своей комнате. Не помню, как здесь оказалась, не помню что случилось. Помню лишь песню и пламя Жизни. Я жажду его, и оно будет моим. Смерть — есть Ад, каким бы не была она Раем.
Господи, сколько я потеряла! Я должна была жить, а не страдать о пустяках, о любви, об обидах! Ууу, прошу, пустите меня!
Я не просто сидела. Я была прикована. Всё это время моя душа рвалась вперёд, к счастью, которое меня звало.
Я ненавидела всех, они меня держат. И всё рано вырвусь! Не удержать. Не удержать…
Я рванула на себя руки, но оковы крепко опоясывали запястья, не давали двигаться. Как тогда, в лагере Потерянных. Почему меня все обманывали? Нашли дурочку, а дальше по накатанной? Это больно. Даже слишком. Песня вновь забилась в голове. Теперь она ударялась об сознание, кляня мою безысходность.
— Я тебя отпущу, — в комнату зашёл Демон. — Только клянись, что не вернёшься к источнику.
Грустно усмехнулась. Как ты смеешь…
— Демон, не одна клятва тебя не достойна, — грубо прошипела я. — Никогда тебе не буду клясться. Я тебя призираю…
Опять этот холод в голосе. Как я тебя ненавижу!
— Не смей так со мной разговаривать. Я могу тебе сделать очень, очень больно. Мне не хочется причинять тебе вред, но ты не оставляешь мне выбора.
Как тогда в его замке. Я беззащитна, а он нависает тёмной тучей, всемогущей тенью на полотне неба.
— Демон, кто ты мне? Может, отец? Или муж? А, может, загадочный покровитель? Ты не смеешь даже касаться до меня. Слышишь? Ты чужой. Ты смел мне врать, смел от меня скрывать. Я тебя ненавижу. Знаешь, а я ведь какое-то время верила. Верила, что ты меня не придашь, поможешь. Что ты мне друг! И как всегда ошиблась. Глупая, глупая девчонка. Как можно хоть кому-то верить? Я хочу просто вернуться к нормальной жизни. Всё же было хорошо, пока я не попала на Мрэллу, эту чёртову планету! Я училась, любила, работала, веселилась… была счастлива! А теперь? Теперь у меня ничего нет. Последнее, что было — это жизнь. И её забрали! — оковы треснули и рассыпались.
И это свобода? Это глупое существование. Я не хочу! Лишь только после смерти начинаешь подумывать, как хочешь умереть.
— Нэм, — голос тихий и словно шелест осенних листьев. — Ты очень ошибаешься. Не зная прав-ды, ты живёшь намного легче. Как бы для тебя это глупо не звучало.
Ха, «глупо не звучало»! Хватит мне врать, Демон.
Он подхватил меня на руки и продолжил говорить:
— Я не лгу тебе. Наама, ты можешь мне довериться. Если… я единственный кому ты можешь верить. Я никогда не предам тебя. Просто знай это. Ты живёшь в мире, где существует лишь лож. Ты должна привыкнуть.
Я уже рыдала. Мне так плохо! Я так… я устала! Мне тяжело… отпустите меня.
— Демон, ты мне лжёшь?
Он нахмурился.
— Нет. И никогда не буду.
Я грустно усмехнулась:
— Лжёшь… Это слишком смелые слова. Зачем отрицать очевидное?
Он наклонился к моему уху.
— Не лгу, — мягко улыбнулся уголками губ.
О, я уже совсем забыла, как он красив, когда улыбается. Как Бог.
Демон положил меня на кровать и собирался уже уйти, но я остановила.
— Останься… прошу.
И он остался. Прилёг рядом со мной, и я уснула, уткнувшись ему в грудь.
Наама куда-то сбежала после нашего разговора. Как оказалось, не на урок. Геля подняла на ноги весь замок, чтобы девчонку найти. Сейчас у неё точно отпали все сомнения, что это её дочь.
Её нашли в Точке Сплетения. Точка, где находится портал между миром живых и мёртвых или Сердце Миров. По прохождению в Рай память исключает всё отрицательное: боль, предательства, неотложные дела, смерть. Тогда мой вопрос вызвал ей воспоминания. Пламя, заметив, что она отошла от системы, решило уничтожить ошибку. Оно призвало её к себе.
Я нашёл девушку почти мёртвой. Руки всё тянулись к огню. Хм, некоторое время её нельзя никуда отпускать. Возможно, она вспомнила в прошлый раз в лесу. Тот случай с ядовитой змеёй. Он повторится на других уровнях. В следующий раз Наама может не выжить.
Её приковали к креслу. После серьёзного разговора с Ангелиной, я отпустил пленницу. Она заснула буквально у меня на руках. Я вышел из комнаты. За дверью меня ждала её мать.
— Я же тебя говорила, не смей связываться с моей дочерью! — прошипела она. — Не смей…
Что же мне может сделать какая-то девчонка, случайно ставшая королевой?
— Ангелина, я не причиню твоей дочери вреда.
Она хищно сощурила глаза.
