А он блистал, как сын природы,Играя взглядом и умом,Блистал, как летом блещут воды,Как месяц блещет над холмом!(«Приезд Тютчева»)

Меж Есениным и Тютчевым, с памятью о Пушкине, Лермонтове, символисте А. Блоке и «проклятом поэте» Ф. Вийоне выстраивается художественный мир Николая Рубцова.

<p>ДРАМА: ПЕЧАЛЬ ПОЛЕЙ</p>

Николая Рубцова часто называли певцом деревни. Действительно, северный сельский пейзаж – лес, река, высокое небо, размытая дорога, разрушенная церковь, маленькая деревушка, продуваемая ветром, поливаемая дождем или засыпанная снегом, – является основой его стихотворений, его доминантным хронотопом.

Грустные мысли наводит порывистый ветер,Грустно стоять одному у размытой дороги,Кто-то в телеге по ельнику едет и едет —Позднее время – спешат запоздалые дроги.У размытой дороги», 1969)Высокий дуб. Глубокая вода.Спокойные кругом ложатся тени.И тихо так, как будто никогдаПрирода здесь не знала потрясений!Ночь на родине»)

Причем в этом пейзаже сквозь приметы современности обычно просвечивает история, события далекого прошлого оказываются на расстоянии вытянутой руки. Поэт хорошо видит не только пространство, но и взглядом пронзает время.

Рубцов иногда откликается на современные проблемы, описывает новые советские реалии:

Загородил мою дорогуГрузовика широкий зад.И я подумал: «Слава богуСело не то, что год назад».Теперь в полях везде машины.И не видать плохих кобыл.И только вечный дух крушиныВсе так же горек и уныл.Загородил мою дорогу…»)

Но вот лирический герой другого стихотворения взбегает на холм и мгновенно оказывается в другом времени:

Взбегу на холми упадув траву.И древностью повеет вдруг из дола!И вдруг картины грозного раздораЯ в этот миг увижу наяву.Пустынный свет на звездных берегах.И вереницы птиц твоих, Россия,Затмит на мигВ крови и в жемчугахТупой башмак скуластого Батыя…

Видения на холме», 1962)

Память для Николая Рубцова оказывается не менее важным источником поэтического творчества, чем зрение. «Давно уже в сельской жизни происходят крупные изменения, но до меня все же докатились последние волны старинной русской самобытности, в которой было много прекрасного, поэтического. Все, что было в детстве, я лучше помню, чем то, что было день назад», – признавался поэт («Коротко о себе»).

Однако, отталкиваясь от деревенских реалий, от сельского пейзажа, увиденного во всю его историческую глубину («Мать России целой – деревушка, / Может быть, вот этот уголок…» – «Острова свои обогреваем»), Рубцов создает иную, по-тютчевски обобщенную картину жизни. «Особенно люблю темы родины и скитаний, жизни и смерти, любви и удали», – описывает он наиболее значимые для себя поэтические мотивы («Коротко о себе»).

Удаль появляется в его стихах, но как редкое, исключительное свойство, чаще всего в юмористическом освещении.

Раннее стихотворение он начинает в духе романтической лирики, изображая бешеную скачку на любовное свидание (экий Печорин!), упоминая и персонажа лермонтовского романа, и имена своих ленинградских друзей поэтов:

Эх, коня да удаль азиатаМне взамен чернильниц и бумаг, —Как под гибким телом Азамата,Подо мною взвился баргамак!Как разбойник,только без кинжала,Покрестившись лихо на собор,Мимо волн Обводного каналаПоскакал бы я во весь опор!Мимо окон Эдика и Глеба.Мимо криков: «Это же – Рубцов!»Не простой,возвышенный,в седле быПрискакал к тебе, в конце концов!

Однако воображаемый подвиг не восхищает ироническую девушку, встречающую героя насмешкой (за которой, вероятно, скрыто равнодушие к его чувству):

Перейти на страницу:

Все книги серии Русская литература для всех. Классное чтение!

Похожие книги