Новый директор ансамбля т. Богданов за месяц работы умудрился восстановить против себя весь коллектив. Были моменты, когда он мог отменить концерты ввиду несоответствия условий работы нормам охраны труда. Он писал докладные записки, основанные на неверных фактах. Вместо того чтобы по нашим настоятельным просьбам как можно полнее информировать дирекцию о положении дел в ансамбле, Богданов взялся сам разрешить все проблемы, совершенно изолировав коллектив от дирекции. Обвиняя тяжело больного артиста Алахвердова в симуляции, он отказался дать затребование на медицинское заключение, когда врач города Ростова настаивала на немедленной отправке Алахвердова в Ленинград для операции. Алахвердов вынужден был по собственной инициативе выехать в Ленинград, после чего Богданов потребовал от врача заниженный диагноз. А отказ Богданова выдать зарплату возмутил весь коллектив.
Художественный руководитель ансамбля А. Броневицкий на собрании коллектива признал положение ненормальным и предложил обратиться с письмами в вышестоящие инстанции с просьбой об отмене гастролей в Москве. Заявления об уходе основных семи (из одиннадцати) артистов руководителя ансамбля нисколько не взволновали. «Другие будут» – в этой фразе он весь. За время существования ансамбля сменилось 6 администраторов из-за невозможности работать с Броневицким. Для достижения своих целей он идет по головам, не считаясь с людьми и не щадя их. Примерами жестокого отношения Броневицкого к вверенным ему людям являются случаи, происшедшие в конце последней поездки в городах Кисловодске и Махачкале, где ансамбль работал на открытых площадках. Когда артисты, и так уже простуженные, ввиду холодной погоды попросили снять с программы концерта песню «Ковбой», в которой они на протяжении всей сценки должны лежать на холодном полу в одних сорочках, Броневицкий отказался без видимых на то причин. После этого все артисты переболели в большей или меньшей степени.
Не раз проходили собрания коллектива, где Броневицкий давал обещания изменить стиль работы и отношение к людям. И вот сейчас вместо того, чтобы смело и правдиво заявить о состоянии коллектива, за художественный уровень выступлений которого он нес ответственность, Броневицкий оставшегося в Москве артиста Писарева – профгрупорга, который пытался объяснить подлинную суть дела работникам Министерства культуры, немедленно убрал – отправил в Ленинград, заявив, что он ему мешает.
