Кирилл перехватывает девочку в медленном танце, заставляя покрутиться под рукой. Кладёт руку на талию, притягивая к себе. Есения улыбается, опираясь рукой на плечо. От него пахнет табаком вперемешку с мятной жвачкой, которую выкинул перед тем, как пойти танцевать. Она млеет оттого, как крепко он держит её, словно боится, что упадёт с каблуков.
Смотрит на её легкий румянец на щеках, вызванный шампанским, которое она уверенно опрокидывает в себя на протяжении двух часов застолья. Кирилл же пьёт яблочный сок, потому что изначально полагал, что ему придётся побыть таксистом для Пановой и её родителей.
Она нежно сжимает его плечо, смотря в подбородок. Хочет положить голову на грудь, чтобы почувствовать, как бьётся сердце. Частенько так делала, когда ночевали вместе. И всегда заключала, что у Кирилла подозрительно медленно бьётся сердце, будто вот-вот остановится.
Знала бы, что он задерживал дыхание, произносил в голове цифры, чтобы сохранять грёбаное спокойствие рядом с полуодетой Пановой. Но из раза в раз говорила, что это ненормально, что сердце бьётся слишком размеренно.
Медленный танец сменяется более быстрой песней, и Кирилл мгновенно опускает руки, вызывая в Сене чувство одиночества, но она спешно идёт за ним, потому что сидят рядом. Делает глоток шампанского, глядя, как друг копошится в телефоне, дёргая уголками губ.
Печатает кому-то сообщение, и ей хочется узнать, с кем он переписывается, поэтому вытягивает шею, чтобы посмотреть.
Не успевает увидеть имя, потому что экран гаснет. Она тут же отворачивается, чтобы переключить своё любопытство на других. Вот и мама, с розовыми как у неё щёками, шепчет что-то отцу на ухо, а вот и Дубровские, которые смеются над очередной шуткой.
Тускло освещённый ресторан наполняется диким смехом от их длинного прямоугольного стола, вызывая у официантов довольные улыбки, когда меняют тарелки и приносят новый алкоголь. Она пьёт шипучее шампанское, хотя перед глазами и так не совсем ясно.
Уже около полуночи, когда Кирилл тормозит возле подъезда, терпеливо помогая выползать Сене из машины. Она спотыкается на ровном месте, довольно улыбается и порывисто прижимается к его груди, стягивая его торс своими тонкими ручками. Он коротко целует девочку в макушку, отстраняясь.
— Может, останешься? — спрашивает девочка, поднимая на него расфокусированный взгляд.
— У меня дела, Сень, — мягко отказывает, заслуживая понятливый кивок.
— Вечернее свидание, — предполагает, хотя уверена в этом. — Хорошо повеселиться.
У неё в груди что-то едко взрывается, прося сказать что-нибудь гадкое, что он меняет подругу на очередную бестолковую девку, но сдерживается, шмыгая в подъезд и не оборачиваясь, чтобы не ляпнуть лишнего.
Кирилл ругается про себя, когда подъездная железная дверь хлопает, окончательно отрезая его от малышки. И позже, когда приезжает к панельной пятиэтажке в спальном районе, грубо трахает почти свою девушку, выплескивая небольшую злость. Она жмётся к нему, шепча, что сегодня было супер круто, очень горячо и ещё что-то, что проносится мимо его ушей.
Он уезжает под неодобрительный взгляд. Не хочет задерживаться здесь. Вернувшись домой, принимает контрастный душ, чтобы смыть остатки сегодняшнего дня.
Остатки чужой девушки.
***
— Слава сказал, что у Кирилла всё в порядке с Викой, той рыжей, — кривится Даша, опрокидывая в себя остатки горячего шоколада в местной кофейне.
Девушки встретились в понедельник перед парами, чтобы выпить по чашечке бодрящего напитка и с лёгкостью отправиться на пары, которые будут длиться до семи вечера. Минус расписания по понедельникам в том, что первой пары не было из-за педагогического совещания, поэтому занятия начинались с одиннадцати.
Выходные прошли молниеносно. Субботу Сеня провела в постели, отказываясь вставать, потому что вкусное шампанское, которое она пила с особым энтузиазмом, словно больше никогда не будет пить, отразилось лёгкой головной болью и слабостью. Воскресенье пробежало ещё быстрее, потому что готовилась к практическим занятиям в понедельник, занимаясь до позднего вечера, пытаясь выучить лекцию, по которой будут спрашивать.
Кирилл не объявлялся, и она хотела написать ему сообщение, чтобы он пришёл и провёл с ней немного времени, но остановила свой порыв, потому что понимала, что выходные у него были расписаны по часам: тренировка, бассейн, встреча с друзьями и помощь на даче, дабы окончательно закрыть сезон урожая.
Сеня вскидывает заинтересованный взгляд на Дашу, кусая губы.
— Я знаю, — отвечает спокойно, пожав плечами. — Они уже три месяца общаются, так что это неудивительно. Думаю, что он наконец-то остепенился.
— Ага, — Даша бодро кивает. — Дубровский буквально не готов остановиться на одной хорошенькой девушке. Ты же знаешь его, Сень!
— Может, он влюблён в неё, — упрямо заявляет Панова, смотря, как объект вожделения входит в ту самую кофейню, в которой сидят они. — О, боже, — шепчет она, заставляя Дашу обернуться и многозначительно хмыкнуть.
— Тебе нужно срочно подойти к кассе, чтобы заговорить с ним, — подсказывает подруга. — Иди. Это твой шанс.
