История арабского парня, который топил себя в грехах до момента, пока не получил наказание Свыше и перенес сильные страдания за свою ещё юную жизнь.
История арабского парня, который топил себя в грехах до момента, пока не получил наказание Свыше и понес сильные страдания за свою ещё юную жизнь.
Автор: © Stella Amilb.
Глава I. Семья.
Глава II. Грехи.
Глава III. Явление.
Глава IV. Наказание.
Глава V. Дежавю.
Глава VI. Раскаяние.
Глава VII. Истина.
Глава VIII. Начало новой жизни.
Небольшое путешествие по маленькому Бахрейну
Глава I.
Семья.
- Мама! Ма-а-а-м! Хасан написал! Хасан написал, мам! - кричал я из своей комнаты.
- Да что ты кричишь так, Омар?! Что он там написал? – спросила мама, расставляя тарелки на столе.
- Написал, что прилетает из Лондона через шесть дней к нам! Сюда! Домой, мам!!!
- Оф, Омар – Омар – качала мама головой. - Я понимаю твою радость, но своим криком ты уже разбудил всех. Спускайся и садись кушать.
- Хорошо, мам, уже спускаюсь.
Сегодняшний день просто замечательный. Проснувшись, я тут же потянул руки к планшетнику. Я часто любил часами лежать на кровати и лазить по интернету, узнавая новости от друзей и, конечно же, общаться с любимым братом Хасаном. Он жил в Лондоне, учился в Кембриджском университете, кстати, один из старейших университетов мира. Брат очень умный. Им гордилась вся наша семья. Я же, средний ребёнок, зовут меня Омар и мне двадцать лет. Я был очень ветреный, всегда смотрел по сторонам, со школы постоянно были жалобы о пропусках и вечных драках. За двадцать лет отец уже успел морально и физически устать от меня. Я не был таким как он, и уж точно не таким, как старший брат. Отец всегда ругался с моей мамой, обвиняя её в том, что она так и не смогла вырастить хорошего сына и достойного наследника. Признаться честно, кроме того, что я плохой сын и вечная проблема для отца, я от него других слов и не слышал. Но я как-то привык к этому и уже не обращал особого внимания на его возмущения. Немного о моей семье: Мы живём в Манаме, в столице королевства Бахрейн, маленький остров в Персидском заливе. Это довольно небольшой, но очень живописный город, славящийся своими мечетями, историческими участками, рынками и ультрасовременной архитектурой. Бурное развитие Манамы началось с началом "нефтяного бума" в середине XX века. Мой отец, Кхалед Хамад, один из богатейших людей Бахрейна. У него собственная нефтяная компания. Думаю, Вам уже ясно насколько он богат и известен в своих кругах. Его жена, моя мама - Марьям Хамад, так же не из бедной семьи, ее отец известный политик. В общем, род у меня, что ни на есть удачный. Поэтому живя в такой семье, приходилось следить за каждым своим шагом и словом. Что-то не так сделал, и об этом начинали шептаться все люди, а это большой минус для семьи и её бизнеса. Наш район - это район богатых людей. У всех были шикарные дома, красивые сады и по нескольку машин. Дочерей и сыновей у большинства сватали с детства. Так и со мной было. Мне было четыре года, когда отец узнал, что у одного его знакомого генерала родилась дочь. О нашем браке сразу же договорились. Таким образом, заранее страховали себя с наследством и хорошими связями. Это и есть моя семья - семья богатого человека рода Хамад. Отец - Кхалед, мама - Марьям, старший брат - Хасан, я средний сын - Омар и младшая сестра - Салима, ей было семнадцать лет.
Надев футболку, свободные джинсовые штаны и кепку, я подошел к своему шкафу, на двери которого находилось огромное зеркало. Пристально глядя на своё отражение, рассматривая мою смуглую кожу и длинные, густые волосы, которые доходили до плеч, я улыбнулся себе и, напевая под нос песню Boba Marley, вышел из комнаты. Вприпрыжку спустившись по ступенькам и зайдя в столовую, где на столе уже стояла легкая закуска и ароматный чай, я сел за стол и схватил банку с шоколадной пастой. Мама, сидя напротив Салимы, объясняла ей, что это очень вульгарно носить столько украшений и что всему есть предел. Сев рядом с сестрой, я схватил банку и начал мазать шоколад на хлеб. Не слушая, что говорила мама, я с большим удовольствием ел «тонну» шоколада с хлебом и всё это запивал сладким чаем.
- Омар, а ты как ешь? Ну, кто так кушает? – развернувшись ко мне, возмущалась мама. - Что одна надевает украшений больше, чем позволяет её тело, то ты мажешь полбанки на хлеб, как будто больше не сможешь купить шоколада! Да что это вы растете у меня такими, а? Как будто ни еды, ни украшений не видели!
Мы с сестрой переглянулись и, недовольно закатив глаза, решили промолчать. Понимая, что сейчас начнётся многочасовое воспитание от матери, я быстренько выпил свой чай и, подскочив с места, подбежал к маме.
- Ну, всё, мам. Я пойду, встречусь с друзьями. Хочу рассказать, что Хасан писал, да и погулять немного, - сказал я, улыбаясь, смотря на мать.
- Ох, Омар, опять на улицу бежишь? Дома тебя и не застанешь толком... Хорошо, иди, и недолго.
- Конечно, мамочка, - ответил я и обнял маму за плечи. Поцеловав её в щеку, я подмигнул своей сестре, которая сидела с недовольным лицом, и побежал к выходу.
У входа, напротив больших и деревянных дверей стояли Раджа и Наиф - наши верные слуги, давно служащие нашей семье.
