В ПСД он постоянно находится возле сержанта Аристова. Когда сержант отдыхает, он сидит у телефона, отвечает на звонки, днём доставляет пакеты на небольшие расстояния, ночью встаёт на пост. В свободное время или молча курит, глубоко и сладко вдыхая дым, или спит.
Весть об успешном наступлении наших войск на Сталинградском фронте мы встретили дружным ликующим криком «Ур-ра!». Нашу радость невозможно описать! Мы смеялись от счастья и кричали в неудержимом восторге. Впервые за всё время радость жизни распирала нас, будто война кончилась. В свободные минуты мы все утыкались в карту, возбуждённо говорили, иногда и спорили о сообщениях Совинформбюро. Бойцы – кто с хохотом, кто зло сверкая глазами, пускали шуточки в адрес Гитлера, Геринга, Геббельса. У всех было одно-единственное желание: дать сокрушительный ответный бой, что нам тоже уже пора сдвинуться с этого места и начать наступление. А Игнат Макарович был словно оглохший. Стоит один в стороне и курит. Его бесстрастное лицо не выражало ни радости, ни огорчения.
Когда я вернулся, старший лейтенант и генерал отдыхали. Я тут же отрапортовал о своём прибытии, поставил карабин в сторонку, спросил, какие будут дальнейшие приказания.
– Принеси-ка мне и товарищу генералу по стаканчику чая с сахаром, да покрепче, – сказал старший лейтенант, повернувшись в мою сторону.
Я тут же взял со стола два стакана, поставил их в поднос и направился к повару.
– Уже несу! Только что вскипел, – сказал Степан, наливая в стаканы чай.
Один стакан я поставил перед старшим лейтенантом, а с другим прошёл в следующую комнату.
– Я принёс чай, товарищ генерал.
– Поставь здесь, – сказал генерал, отодвинув в сторону карту, и принялся пить горячий чай. – Ну что, проведал свою лошадь? Как там за ней ухаживают?
– Проведал, товарищ генерал. Там всё в порядке. Лошадь сытая, чистая. Однако не сдержался, пару раз провёл по спине щёткой.
– Каково настроение у бойцов? О чём они говорят?
– Настроение хорошее, боевое, товарищ генерал. У всех с уст не сходят события на Сталинградском фронте. Мечтают об одном: когда придёт их очередь бить фрица? Долго ли ещё находиться в этих брянских болотах? Сколько ещё ждать?
– То, что у солдат боевой дух и рвутся в бой на врага – это очень хорошо. Это радует, более того, это почётно. Но каждому делу – своё время. У нас другая задача: прежде всего изучить точки вражеской обороны. Стоя здесь на обороне, мы должны хорошо изучить врага, подготовиться, выждать момент и внезапно нанести удар. А для этого необходимо повысить боевое мастерство. Только так можно одержать победу, – сказал Иван Александрович задумчиво, продолжая пить чай. – Придёт и наше время. Как только получим приказ, и мы тронемся с этого места. Вот что, – сказал вдруг генерал, будто что-то внезапно вспомнил, – ты давай садись за телефон и найди начальника разведки капитана Юмашева. А старший лейтенант пусть зайдёт ко мне.
– Есть, товарищ генерал! – отчеканил я строевым голосом, отдавая честь. Быстрым шагом направился в соседнюю комнату и сел за телефон.
– Товарищ старший лейтенант, Вас Иван Александрович зовёт.
Старший лейтенант отодвинул стакан с чаем и ушёл во внутреннюю комнату. А я стал разыскивать по телефону начальника разведки.
Стояли последние дни января. Наконец, была прорвана блокада Ленинграда. Вскоре мы получили радостную весть с Воронежского фронта об успешном наступлении наших войск. В один из таких дней я собрался навестить своих боевых товарищей. Отпросился у старшего лейтенанта, взял с собой газеты «Правда», «Красная звезда» и побежал. В это время все четыре наездника чистили лошадей и дружно беседовали.
– Товарищи! Пришёл агитатор, айда все в землянку! Заканчивайте чистку! – сказал старшина, увидев меня.
Мы все вошли в землянку. Я сел за стол поближе к коптилке. Остальные расселись вокруг на накрытую плащ-палаткой мягкую солому, закрутили папиросы. Я развернул сначала газету «Красная звезда» и принялся вслух читать.
В районе Сталинграда наши войска, двигаясь в восточном направлении, расчленили на две части оставшиеся в окружении немецко-фашистские войска. В кольце у фашистов положение с каждым днём ухудшается. Несмотря на своё критическое положение, немцы ожесточённо сопротивляются. Гитлер всячески пытается помочь фельдмаршалу Паулюсу, обещая вытащить его из окружения. Ему приказано не сдаваться.
– Смотри-ка, продолжает собачиться, гад! – прервал меня Утишев, – бешеная собака, даже перед смертью лает.
– Не мешайте! – возмутился старшина. – Рахимов, продолжай давай!
27 января на Верхнем Дону нашими войсками уничтожены 17 немецких, венгерских и итальянских дивизий. 86 тысяч солдат и офицеров взяты в плен. 24–26 января войска Воронежского фронта в районе Воронеж – Косторнин окружили вражеские войска.
А вот это про Ленинград. После прорыва блокады Ленинграда истощённому голодом народу оказывается медицинская помощь. Город начал снабжаться продуктами питания и другими необходимыми вещами.
