День не прошел, к надписи на Мавзолее «Ленин» таким же шрифтом красным гранитом добавили «Сталин». И я к чему это рассказываю? Что вот в 53-м году как раз этот перелом и произошел какой-то. Ну, вождь ушел, сейчас много литературы о том, как он умер, и все это можно там посмотреть, кто писал историю страны. И все вот как-то стараются какого-то изобразить из него как этот, типа Нерона, императора римского. Вот у Семиградского есть картина, называется «Светочи Нерона», замечательная картина такая, она мне очень нравится, там три или четыре столба, к столбу привязаны такие пожилые люди с длинными бородами. Нерон лежит, вокруг него богатое окружение, наблюдает за происходящим, а под старцами уже хворост выложен, и вот-вот их зажгут факелами. Кто они эти «светочи Нерона»? Это первые христиане, которых он очень быстро собрал, и сжег. Ну вот. Я это к чему? Это я к тому, что в то время нарождалась новая идеология, смена формации, а это значит бескомпромиссная борьба. По мнению некоторых историков из бывших дессидентов, Сталин был ужасный, деспотичный, что дальше некуда, чуть ли не Нерон. Но во время смены идеологий борьба неизбежна. Порядок надо было держать в стране, потому что нельзя так: чуть распусти вожжи, и лошади побегут. В эпоху Сталина люди знали, куда идут.
Вожди современной России много говорят о любви к Родине, о развитии и процветании, но не для всех. В связи с этим мне вспоминается картина Брейгеля-старшего, она называется «Слепцы». Там, на этой картине, нарисованы слепые люди, они так, друг за другом, за палку держатся, и идут по дороге. Впереди у них вождь тоже слепой, проводник, поводырь, или как их там называют, у слепых-то? И они идут, и валятся в пропасть, потому что слепой поводырь не видит, куда идет. И вот если не видит перспективы, как ни крути, никакой идеологии нет – все манн-манн. Мать родную продадут, никакой, ни одной нормальной работы нет, речи о переходе от социализма к капитализму и быть не может. Какие же слепые были люди, когда поверили слепым вождям и допустили, потеряли драгоценный бриллиант – Советский Союз. Все это еще аукнется, и неизвестно, какими бедами и катастрофами откликнется.
Сегодня 17 марта, воскресение. Я продолжу свои воспоминания. Сейчас идет Масленица, и сегодня воскресение, это последний день Масленицы. Он называется проводы зимы окончательно, еще называли день этот по-разному: Целовальник, Прощеный день, Прощеное воскресение. Это кульминация всей Масленицы. Это уже перед Великим постом, и поэтому как-то уже заговение начинается. Все близкие люди просили прощения друг у друга и, естественно, с определенными обрядами.
Поминали усопших, ходили в баню – я тоже в баню схожу, потому что Марина сказала, что она мне белье поменяет постельное, и я помоюсь, чтобы чистым начинать пост.
Раньше перед постом: остатки еды люди сжигали, не выбрасывали, тщательно мыли посуду.
В храмах было вечернее богослужение, настоятель просит прощения у других священников. Дедушка знал все порядки, но советская власть так его напугали, что он и забыл все эти обычаи. А вот как прощения надо просить помнил: все верующие в храме кланяются друг другу, просят прощения, и в ответ на просьбу произносят: «Бог простит». Начинают совершать великопостные службы, на следующей неделе иногда проводились «тужилки» по Масленице, то есть, они как будто жалели, что Масленица закончилась.
Я вот сейчас дома-то один, маменька и Марина пошли в бассейн. Поскольку у меня радикулит, я идти не могу. Он у меня никак не пройдет, вроде отпустило вчера, а потом все, понервничаешь чего-нибудь – опять начинается побаливание. Я думаю, что рисковать-то? Там один раз окунешься в воду, а потом будешь болеть.
А Марина пошла, если ее пустят по моему пропуску, то тогда, может быть, останется мой пропуск, и я пойду на следующей неделе. А если у меня пропуск она переделает на себя, то будет сама ходить вместо меня с маменькой по воскресениям. Ну и бог с ними, пусть ходят, что будет пропадать, а то мой, может, радикулит у меня протянется до самого лета. А кто будет работать на участке?
Ну да ладно, я сейчас вспоминаю, на чем я вчера остановился, потому что так резко прервалось мое повествование, что я даже сейчас не помню. По-моему, я рассказывал, как мы переехали в Москву. 1953-й год был… пустили, по-моему, метро Киевская и Кольцевую, и Сталин И. В. помер, и отец уже работал в Госплане, был экспертом в отделе, я уже об этом говорил.
Госплан раньше был серьезным, важным учреждением – организация была очень мощная, в свое время Госплан возглавлял Вознесенский. Отец работал, когда Госплан разделили на перспективное планирование и текущее. Перспективное разрабатывало планы на перспективу, а текущее планирование – уже в пределах пятилетки, расписывало все по годам и кварталам. Отец остался в Госплане.
