Эта история моей новой жизни. История, рассказывающая о странном дроу, ходящим темными ночными тропами. Вечный странник на перекрестках сотни дорог. В поисках воспоминаний, я заново открывал для себя мир, убеждаясь, что это нечто иное, чем привычная нашей земной повседневности обыденность. Те же пороки, те же проблемы, но... Для меня это было новым, невозможным и ярким. Все встречалось на моем пути и предательство, и счастье, и тепло домашнего очага, и жгучая ненависть...Но не было одиночества.
========== Открыв глаза. ======
Тьма. Везде и всюду одна лишь пустота. Звуки увязали и утопали в ней...
Сколько же я тут нахожусь? Часы, дни, недели или, может быть, месяцы?
В этом месте время не имело никакой власти, потому мне оставалось лишь ждать. Ждать своего приговора...
У меня не было ни тела, ни духа. Было лишь осознание того, что я есть в этом странном месте. Никаких воспоминаний не имелось. Я ничего не знал о том, как оказался здесь и почему. Могу сказать лишь одно: мир за гранью существует. Он такой же большой, как и наш. Переполненный душами умерших.
Ада или Рая не существует. Бога и Сатаны тоже. Ещё при жизни ты сам определяешь своё будущее, совершая разные поступки, что позже измеряются на чаше весов. Только ты и то, что ты делал в той или иной ситуации, определяют дальнейший путь. Это и есть равноценный обмен.
Размышления неизвестной души в ожидании новой жизни.
Резко ко мне вернулось ощущение мира: пришлось приложить титанические усилия для того, чтобы заставить своё тело слушаться. Открыв глаза, я принял сидячее положение. В голове – каша из мыслей. В носу зудит от ужасного смрада, что витал вокруг.
Заторможенно оглядываясь по сторонам, вижу ужасающую картину: меня окружают кучи гниющих трупов. Я сижу на песке с зажатым в руке средневековым мечом искусной работы. Пустыня не имеет границ. В небе кружат странные птицы, похожие на стервятников.
Сколько же времени я тут валяюсь?
Взгляд падает на большое светило, уходящее за горизонт, затем на ещё одно такое же рядом, только поменьше. Медленно поднимаясь на подрагивающих ногах, я равнодушно отметил про себя, что моё тело плотно укрыто кольчугой, а голову защищает наглухо закрытый шлем. На груди – прореха. Прямо напротив гулко и взволнованно бьющегося сердца. Такое впечатление, словно в это место был нанесён рубящий удар мечом.
Всюду песчаные барханы и трупы...
Трупы.
Меня не вывернуло наизнанку, я не заорал, не стал кататься по земле, воя о том, что сошел с ума... Лишь встал, недовольно сощурил глаза, поминая незлым тихим словом слишком яркий, противный свет. Прорези шлема для глаз были защищены темным стеклом, которое приглушало яркость лучей заходящего солнца, поэтому снимать свой оригинальный головной убор я не стал.
Я рассеяно поглядел на доспехи интересной и ранее невиданной работы, и махнул рукой, решив, что данное одеяние снимать не буду. Если валялся здесь в доспехах и с мечом, значит не просто так. Мало ли, какая херабора тут обитает...
Надо бы поскорее уйти подальше отсюда.
Я оглянулся более внимательно: далеко, очень далеко, на юге простирались горы, а с запада, словно клыки опасного зверя, угрожающе топорщили свои верхушки красные скалы. По спине прошел неприятных холодок. Все внутри кричало, что туда лучше не соваться.
Тенью самого себя, я ходил меж мертвых, рассматривая людей, закованных в такие же, как и у меня, из вороной стали доспехи и закрытые шлемы. Они были одинаково высокие и гибкие телом. Каждый воин лежал с каким-либо средневековым оружием в руках. При их виде я чувствовал непонятное сожаление и легкую горечь, вызванную неизвестно чем. Когда я смотрел на наших (м-да уж, теперь я ещё и причисляю себя к числу воинов) противников, во мне не было абсолютно ничего, кроме расчетливого удовлетворения.
Это были обычные люди, привыкшие к жизни в степи. Оружие и амуниция у них так себе: грубо и неправильно выкованные мечи уважения не вызывали. Единственной проблемой было их количество. В их группе было примерно тридцать человек. “Моих” всего пять. Неравный бой, в котором все дрались до последней крови, как загнанные в угол звери, пока последний противник не упадет замертво.
Здесь находились воины, падшие в бою, и... я вместе с ними.
Чтобы вы поняли и приняли всю ситуацию, я представлюсь. Моё имя – Игорь Смольников. Двадцать семь лет отроду. Экономист по образованию. Ну, это если коротко, конечно. В данный момент нахожусь в непонятном месте, сижу на песочке, облаченный в средневековые доспехи, и жду чуда просветления о том, как тут оказался. И всё. Остальные мои воспоминания словно стерла чья-то добрая рука. Нет, даже не так. Я осознаю какие-то мелочи и моменты, но общая картина моей жизни за гранью дозволенного.
Все, что меня окружает, – иное. Воздух, которым я дышу, ненормальных размеров источник света над головой, синее, а не голубое небо... Весь мир другой. Это не Земля. Бессмысленно наблюдая за закатом своим странным зрением, показывающим все краски в другом спектре, нежели видят обычные человеческие глаза, я думал. Думал обо всём, что произошло, и покачнулся от нахлынувших ощущений.
Я различал сотни запахов, что вели меня за собой, словно следы на песке. Я слышал оглушающий рокот собственного сердца в тишине, как мне казалось. Но нет. Вот они, хорошо слышимые удары копыт лошади позади меня; с тихим шелестом ползет незаметная обычному глазу песчаная змея, а её чешуя трется о песчинки.
Я уловил совсем рядом ровные, тихие удары чужого сердца.
