Но вот наступает 24 число — день первых испытаний. Макс Козен, как главный специалист по механике, хочет остаться на борту «Скалдиса», чтобы лично руководить сложнейшей операцией спуска батискафа на воду. Одно место в кабине, таким образом, свободно. Кто разделит с профессором Пикаром честь и риск первым спуститься под воду в новом аппарате? Желающие пишут свои имена на клочках бумаги и складывают их в чью-то шляпу. Счастливый жребий достается французскому зоологу, профессору Моно. Остальные утешают себя мыслью, что, когда наступит их черед, они смогут опуститься гораздо глубже 20 метров.
Все готово к началу испытаний. Между членами экспедиции царит наконец полное согласие. Настроение приподнятое. Команда «Скалдиса» пригласила экипаж «Эли Монье» на торжественный завтрак. Но не успели гости приступить к десерту, как оглушительный грохот заставил всех вскочить на ноги.
Что произошло? Одна из аккумуляторных батарей, расположенных под «брюхом» батискафа, внезапно оторвалась и упала на дно трюма. Но отчего же? По какой причине? Это целая история.
Дело в том, что тяжелые и громоздкие аккумуляторные батареи помещены конструкторами батискафа вне тесной сферической кабины, чтобы не загромождать и без того минимальное жизненное пространство, отведенное пассажирам; в случае же надобности они могут быть использованы как аварийный балласт.
Батискаф в целом должен быть легче воды, чтобы кабина могла автоматически подняться, на поверхность, если дела почему-либо обернутся плохо. Для этого батискаф берет с собой большой запас балласта в виде железной дроби; достаточно выпустить ее из резервуаров, чтобы обеспечить нормальный подъем. Однако, кроме этого, надо было предусмотреть другие возможности быстрого и ощутимого облегчения веса «корабля глубин».
Вот почему аккумуляторные батареи расположены так, что батискаф может в любую минуту сбросить их в воду, освободиться от их груза. Разумеется, упав на дно океана, они будут потеряны навсегда, но жизнь и безопасность пассажиров подводного корабля безусловно стоят такой жертвы.
Предусмотрен даже механизм, автоматически сбрасывающий аккумуляторные батареи. Предположим, что оба пассажира, находящиеся в кабине батискафа, потеряли сознание, задохнулись или утонули. Тогда по истечении определенного, заранее установленного срока механизм этот, приводимый в действие обыкновенным будильником, сбрасывает аккумуляторные батареи в воду и батискаф всплывает.
И вот что случилось. Утром 24 октября профессор Пикар демонстрировал Теодору Моно, который должен был сопровождать его при первом погружении, действие различных приборов и механизмов, установленных в кабине батискафа. Увидев среди приборов будильник со стрелками, поставленными на 12 часов, который почему-то не тикал, наш рассеянный ученый, как истый гражданин страны часов — Швейцарии, машинально завел этот будильник и ушел, не подозревая, что кто-то до него уже подключил будильник к механизму, сбрасывающему аккумуляторные батареи. И ровно в полдень, когда настало время, будильник исправно сделал свое дело, сбросив вниз одну из укрепленных под батискафом батарей.
Шестьсот килограммов железа с адским грохотом рухнули на дно трюма, проломив деревянный настил. Хорошо еще, что груз этот в довершение всех зол не пробил насквозь корпус «Скалдиса». А еще лучше — что никто из участников экспедиции не находился в этот момент на дне трюма, под батискафом.
Такую невероятную историю ни один автор приключенческих романов не сумел бы придумать. А если б и придумал, читатели в один голос обвинили бы его в намеренной подтасовке фактов. Не может быть, сказали бы они, чтобы злой рок с таким упорством преследовал какое-нибудь начинание.
И еще один день, таким образом, был потерян.
Но вот наконец на следующий день, в 14 часов 45 минут, последние приготовления — последние из самых последних! — закончены. Профессор Пикар спускается — нет, пока еще не на дно океана, события не развиваются столь стремительно! — спускается на дно трюма, чтобы занять свое место в кабине батискафа. После этого грузовая стрела «Скалдиса» должна поднять батискаф вместе с его пассажирами, извлечь из трюма и спустить на воду.
А где же профессор Моно?.. Никто не видел его, все его ищут. Неужели еще одна катастрофа в последний-последний-последний час?
Но что за глухие удары доносятся из глубины трюма?
Почему один из ящиков вдруг сдвинулся с места? Смотрите, смотрите, он движется вперед маленькими скачками! Наконец ящик открывается, и неисправимый шутник Моно вылезает оттуда. Боже, на кого он похож! Он обрил голову наголо, и череп его напоминает большое яйцо. Если профессор Пикар — образец абсолютной серьезности, то профессор Моно — полная его противоположность. Вместе они великолепно дополняют друг друга.
Стальная дверь, закрывающая входной люк кабины, очень массивна и тяжела. Ее захлопывают с помощью «тарана», приводимого в действие системой талей. Затем люк завинчивают огромными болтами. Теперь оба профессора — узники стальной сферы.
