10 апреля Гинденбург переизбирается президентом, но уже в мае генерал Шлейхер, фактический руководитель рейхсвера, вступает в официальные переговоры с Гитлером. Этот вариант участия Гитлера в правительстве гласит: молчаливая поддержка гитлеровцами президиального правительства. Дело в том, что промышленно-банковские круги считают, что передача власти Гитлеру должна привести к огромным политическим издержкам в виде раскола национал-социалистов вследствие невыполнения псевдосоциалистических, но массами принимаемых всерьез обещаний пар-тии. Аграрные, круги, сгруппировавшиеся вокруг Гинденбурга, вообще считают национал-социалистов всамделишными социалистами, с их точки зрения еще более опасными, чем коммунисты, ибо национал-социалистическая агитация дает себя сильно чувствовать среди сельскохозяйственных рабочих Померании и Восточной Пруссии. Наконец, германская буржуазия в этот момент все еще не решила вопроса, что делать с социал-фашизмом, руками и в сотрудничестве с которым она правила весь Веймарский период германской истории. Переговоры Гитлера со Шлейхером приводят к тому, что Гитлер обещает толерировать "национальное" правительство, во главе которого должен стать Франц фон Папен. "Гитлер стоит на пороге правительственной власти", говорит его историк, "ему дают право участвовать в решении, кто должен быть этим "национальным" канцлером. Он стоит за канцлерским креслом. Его пока не видать, но ведь Шлейхера и Мейснера тоже не видать". Молча согласились между собой участники сговора, приведшего Папена во дворец канцлера, что правительство Папена имеет главной своей целью подготовку передачи власти Гитлеру в той или иной форме. Формальное оправдание такой передачи власти должно было дать новое соотношение сил в рейхстаге. Рейхстаг распускается.
Но померанские бароны, усевшиеся в министерских креслах, понемногу начинают чувствовать себя неловко при мысли о том, что эти кресла они должны будут уступить Гитлеру и его партии. Понемногу они начинают приходить к выводу, что они могут править лучше, чем национал-социалисты: затягивается назначение новых выборов, откладывается отмена запрещения штурмовых организаций Гитлера Генерал Шлейхер информирует через своих доверенных лиц Рема и Гитлера о некоторой неувязке, но заверяет их, что все образуется. Гитлер и Рем, взявшие курс на постепенный, соответствующий пожеланиям буржуазии приход национал-социалистов к власти, не проявляют признаков беспокойства. Но зато начинают волноваться главари штурмовых отрядов и представители "радикального" крыла Геббельс и Геринг. Барон Вернер фон Альвенслебен, один из руководителей "Клуба господ", мечется от Шлейхера к Гитлеру, от Гитлера к Рему и Геббельсу, Наконец, запрет штурмовых организаций отменяется. Рем торжественно прибывает в Берлин, как снова легальный начальник "коричневой армии". "Но, — говорит Опять-таки Шмидт-Паули, — судьбу правительства Папена предрешил тот факт, что коричневая армия стала питать подозрения к Папену, хотя Гитлер и знал, что своим триумфом он обязан исключительно Шлейхеру".
Это чувство триумфа у национал-социалистов продолжается недолго. С одной стороны имперское правительство даже и не думает заставлять отдельные страны осуществлять тайный сговор свой с Гитлером. С другой стороны Папен предпринимает в Лозанне внешнеполитическую акцию, из которой явствует, что он намерен в случае ее успеха прежде всего крепко усесться в министерском кресле.
