—
— Не все так страшно, — улыбнулся Элеммакил и пояснил: — Племен конечно много, но там действительно огромные пространства, а сами племена по численности не велики — редкое племя или народ вылезает за десятитысячный барьер, чаще их гораздо меньше, считанные тысячи, и это все — мужчины, женщины, дети. К тому же эти крохотули еще и разбиты на отдельные роды, кланы, семьи и разбросаны по огромной территории — чем больше людей, тем труднее их прокормить, особенно сезонной охотой или такой же рыбалкой. Лесные племена опасны только своим знанием местности, а в остальном мы и без огнестрельного оружия должны с ними справиться. Протобуряты и тувинцы пусть и не совсем обычные, но все-таки кочевники — сегодня здесь, а завтра за тридевять земель, да и как бы не были выносливы степные лошади, в тайгу, горы и болота они их не поведут — считай ¾территорий вокруг Байкала для них малодоступны. Да и немного их — тех же бурят тысяч 50 не больше, считая женщин и детей, тувинцев еще меньше. Опять же тайга и Малый ледниковый период нам в помощь — чем дальше на север, тем труднее прокормиться лошадям. По тем же основаниям нам не слишком опасны кыргызы и телеуты, к тому же у них очень немирные и сложные соседи — им не до нас. Шорцы или ''кузнецкие татары'', как их называли казаки, никуда не пойдут от своих крепостей и богатейших залежей железной руды, хакасы — те же буряты, только в профиль и подальше. Кеты — обычные, крайне малочисленные, не слишком опасные лесовики-охотники-рыбаки, в те времена они еще даже не начали заниматься оленеводством. Наша главная проблема — якуты — воинственный и к тому же развитый народ: у них прекрасное животноводство, развита металлургия и ремесла, имеется серьезное защитное вооружение, тяжелая конница, причем панцирь есть не только у всадника, но и у коня, активно занимаются селекцией — коровы, лошади, собаки: охотничьи, ездовые, сторожевые породы. Но для нас самое опасное то, что из всех относительно коренных сибиряков они единственные могут собирать тысячные армии и содержать их довольно длительное время. Я вообще удивлен, как через полтора века полуголодные, часто погибающие от обычных для Сибири того времени холодов, страдающие от вшей и цинги крохотные шайки казаков сумели их покорить — объяснить такое только наличием все еще очень примитивного огнестрельного оружия ну никак нельзя, а сравнение с Кортесом и ацтеками некорректно. Лично я не верю в давно протухшие байки российских и советских историков о том, что якуты спали и видели как бы им побыстрей залезть под руку Москвы, скорей всего у них были какие-то внутренние неурядицы: эпидемии, междоусобные войны и именно поэтому казаки так легко смогли их покорить, но это мое личное мнение. Кстати, опять к вопросу о боевых возможностях местных, особенно казаков: у них ведь тоже как и у европейцев с индейцами и прочими туземцами соотношение 1/10, 1/20 — обычное дело, и чаще при таком соотношении побеждали казаки, а не сибирские племена, с кочевниками этот дисбаланс несколько меньше, но не исчезает совсем. И еще раз, одним наличием огнестрельного оружия объяснить такое соотношение нельзя: те же монголы в 17-ом веке не только прекрасно знают что такое порох, но и активно его используют, защитное снаряжение и холодное вооружение у них не то что не уступает, а чаще всего превосходит казацкое, кстати как и у якутов, а у казаков часто, очень часто просто нечем стрелять — тотальное отсутствие регулярных поставок пороха и свинца. Так что думайте. Вот в таком окружении нам предстоит жить, если мы выберем Сибирь.-
Некоторое время все присутствующие молчали, переваривая информацию, а потом Халлон задал невольному лектору вопрос:
—
