— У меня нет возражений, — обломал им сценарий Глава, про себя же подумал: — Засиделись вы ребята на островах — если бы вы знали сколько ресурсов жрет город, вы бы не просили, а требовали и как минимум в 2–3 раза больше чем просите сейчас. Одна недавно ''с кровью'' пробитая Морнэмиром заявка на 2000 заготовок-универсалов для мастерских по производству кирпича чего стоит, а несколько вольнонаемных гномов-архитекторов в помощь Светлане, а… в общем только перечислять полчаса, так что ваши робкие запросы — просто ерунда. Да и в отличие от города вы УЖЕ окупаете себя, давно превратившись в самое после продажи грибного вина доходное предприятие клана. —
Примерно по тем же основаниям не стала возражать и Анариэль, наоборот обычно прижимистая эльфийка осталась с мастерами после ухода адмирала и Главы и САМА предложила ошарашенным мастерам подумать над тем, чем она еще может им помочь. Ну а Дримму и Халлону предстояло решить другой вопрос: остров ждал гостей, парламентеров чужого клана, и их союзников-неписей в виде двух приближавшихся к острову кораблей. Незваные гости рассчитывали застать Драконов врасплох, ошарашить, сбить с толку и продавить выгодный им союз (Драконам впрочем тоже) — не получилось. Эскадра клана встретила их в нескольких часах пути, и сейчас пять Драконьих кораблей из лучших сопровождали парламентеров на базу. План застать Драконов ''тепленькими'' провалился, и теперь будет равный разговор, разговор двух сильных кланов, и пусть Десятка (Десятый вал) — сильнейший и старейший клан в акватории Великого Южного океана, Драконы тоже имели весьма и весьма серьезную репутацию, репутацию богатого клана, клана способного вести настоящую, большую войну.
А пока в шатре адмирала на берегу собирались участники последнего перед прибытием гостей совещания, Дримм пил вино и размышлял, но не о переговорах (тут он успел определиться), а о насыщенной событиями прошедшей неделе. Центральной темой его воспоминаний конечно же стало вторжение лесных банд с окраин варварских чащоб, о котором вовремя сумел предупредить Элеммакил. И он не только предупредил, но и отвлек на себя, а попросту уничтожил примерно треть угрожавших землям клана сил. С остальными бандитами пришлось повозиться подольше — добро бы они шли единым войском, тогда все было бы относительно просто, но нет, пришлось выслеживать множество отдельных банд, да к тому же успевать прикрывать не только непосредственно земли клана — город, шахты, карьеры, строившиеся военные городки и пока немногочисленные фермы вокруг города, но и разбросанные по огромной площади поселения Белок. Хотя нет худа без добра — застигнутые в процессе формирования отряды Айсмена и Менелтора получили прекрасную возможность потренироваться перед настоящим делом и почти самостоятельным плаваньем. Впрочем только двумя отрядами дело не обошлось, участвовали все, пришлось даже привлекать флотских и снимать рейды со степи, благо вторжения можно было пока не ждать, а оборудование пограничной черты можно было отложить. Проявили себя и недавно созданные големы, творения Дримма и Туллиндэ: к сожалению фейри сам не смог посмотреть на них в бою, и испытания проводила одна Туллиндэ, вернее она водила их в бой, но тактику их применения придумал ее муж. Менелтор подошел к проблеме творчески и с фантазией, впрочем он ко всему так подходил — созданные его женой воины превратились в некий аналог гренадер: гранаты (которые чудовищно сильная нежить могла швырнуть чуть ли не на километр и с точностью лучших бейсболистов Земли), жезлы (они все-таки могли ими пользоваться) и их собственная магия. Экспериментальные мертвяки сработали на отлично, настолько умело используя магию и доступное им оружие, что даже ни разу не вступили в рукопашный бой, хотя тут скорее была заслуга Менелтора как командира. Бандитов уничтожили всех, никому из них не удалось уйти, впрочем клан тоже не сумел избежать потерь — пару поселений Белок они успели взять и Драконам осталось только отомстить. Дримм и отомстил, послав по два десятка грифонов к каждому из мест откуда они пришли — пассажиры грифонов не захватывали укрепленные поселки посреди развалин бывших городов, а просто вывалили на них сверху груз многочисленных сумок и, оставив позади костры на полнеба, улетели назад.
Раздумья Главы прервала вошедшая в шатер последней Анариэль, чуть раньше ее подошли Альдарон и Сулмендир. Но прежде чем совещание началось адмирал сообщил, что получил ментальный сигнал, а значит меньше чем через час в гавани Гаваев отдадут якоря корабли парламентеров.
Первым взял слово Альдарон:
— Прошу у всех вас прощения, — неожиданно (впрочем может быть и нет) повинился главный безопасник клана. — Все что сейчас происходит — моя вина — недоглядел и не предвидел. —
