Айсмен с удовольствием повторил урок — короткий свинг и барон выплюнул на траву зуб!
— Ты ответишь за это, варвар! Жизнью своей ответишь! — окровавленным ртом прошамкал барон, но ругаться больше не стал.
— Что ж прогресс на лицо, значит поговорим, — ледяной эльф подул на поцарапанный кулак.
— Мне не о чем с тобой говорить от…, варвар, вези меня к своему господину! -
— А на хера ты ему сдался? — расплылся в улыбке Галивартан. — Все что от тебя было нужно, он уже получил: контроль над дорогами, твою землю, твоих крестьян, два твоих города, твой замок, твоих сдавшихся воинов, амбары полные зерна, даже твою семью. Я ничего не забыл? — откровенно издевался над бароном эльф. Тот лишь дергал щекой на каждое сказанное слово, но пока молчал. — Ах да, — Айсмен хлопнул себя по лбу, — твою нищую сокровищницу, где мышь повесилась, он тоже захватил. А вот почему в ней повесилась серая бедняжка, ты мне сейчас расскажешь. Раз с тобой ничего не было, значит где-то ты устроил тайник? В замке? В окрестностях? По дороге? -
— Вези меня к своему господину, только с ним я буду говорить, — как попугай повторился барон.
— А может все-таки со мной поговоришь? А то вдруг я возьму и порежу твоих шлюх на ремни, прямо тут у тебя на глазах. Ну что на это скажешь? -
— Шлюхи они и есть шлюхи, хоть режь их, хоть ешь — мне на них плевать! Вези меня к своему господину, только с ним я буду говорить. —
— Надеешься выкупить свою жизнь? — понимающе усмехнулся Галивартан и с улыбкой, глядя прямо в глаза, соврал неспособному проверить его слова пленнику: — Лорду-протектору насрать на твои гроши — ему ты нужен мертвым. Да и не будет он доверять говнюку, что бросил свою семью, зато блядей с собой прихватил, да еще со всем их барахлом. —
— Ушастая мразь! Солдатская подстилка! Варварское говно! — забился в путах барон и харкнул в своего мучителя кровью, заодно выхаркнув очередной державшийся на честном слове зуб.
Ледяной эльф пожал плечами, стер кровавую слюну с плеча и продолжил урок: врезал барону открытой ладонью по яйцам, дал кулаком в живот, снова яйца, снова живот, снова яйца, снова живот, снова яйца и апперкот — стукнувшийся затылком о дерево барон потерял сознание.
Пока ''голубая кровь отдыхала'' Айсмен не терял времени зря, а сходил поссать, съел полоску сушеного мяса, запил его вином из походной фляжки и раздал несколько указаний:
— Всех пленников, кроме баб, аккуратно удавить и сразу в мешки. Баб разделить по сотням (сотням заготовок) пусть парни сбросят пар, а то совсем свихнутся от спермотаксикоза. -
Эльфийка-воительница, хозяйка маунта-коня, скривилась.
— Думаешь их ждет лучшая судьба, если мы сдадим их лорду-протектору? — заметил ее реакцию Айсмэн и сам же ответил: — Их точно так же пустят по кругу или гвардейцы лорда, или ополченцы, или баронские дружинники, или стража (городская стража) — желающие в любом случае найдутся, но нам с этого никакой пользы. Если отпустим, то их под ближайшим кустом разложат крестьяне или разбойники, или какие другие наемники вроде нас, а то и попадутся гоблинам, те их трахать не будут, хотя…, но скорей всего просто и без затей сожрут. -
Воительница скривилась еще сильней, но промолчала — ей нечего было возразить.
— Некондицию (не годные в зомби трупы) и конские головы как обычно, табличку тоже не забудьте. Баб, если выживут, отпустить, — между тем закруглялся Айсмен (барон начал приходить в себя). — Что там с конями? -
— Встанут все, кроме одной кобылы, — с гордостью отчитался друид. — Сейчас отпаиваем водой с травами, минут через двадцать-тридцать смогут ходить, только пару дней их нельзя под седло. —
— Вот и прекрасно: кобылу дорезать, а этих погоним в город, там посмотрим в табун их или на продажу. —
Получившие указание заместители разошлись, и командир смог вернуться к несговорчивому пленнику.
— Ну как, ''котлета'', будешь говорить? — все также спокойно поприветствовал вернувшегося в сознание барона Галивартан.
— Ты ответишь за это, грязный наемник! Ты посмел пытать благородного! Любой знатный человек, неважно кому он служит, отрежет тебе уши и заставит их сожрать! — яростно прохрипел барон.
— Бла-бла-бла! Выходит ты не хочешь по-хорошему? — зевнул эльф и достал из ножен широкий боевой нож.
— Ты заплатишь! Заплатишь! Заплатишь! -
— Вряд ли, — не согласился с пленником эльф. — Хотя спасибо за заботу — буду иметь в виду, — он провел по щеке непроизвольно зажмурившегося барона кончиком ножа. — Ты ведь геройски бился и погиб в сражении. — Галивартан до крови защипнул левый сосок застонавшего пленника и потянул его на себя. — А тело твое уничтожено заклинанием, — спокойно продолжал эльф, надрезая натянутую кожу вокруг соска. — Так что если кто что и узнает, то точно не от тебя, — ледяной эльф дружески улыбнулся распахнувшему рот в беззвучном крике пленнику, а затем одним резким движением рванул руку и то что в ней на себя.
От дикого крика взлетели успокоившиеся было птицы! Айсмен больше не давал пленнику уроков — начался настоящий разговор…
Четверть часа спустя.
