Действительно большой, даже огромный зал прямоугольной формы, высоченные арочные потолки теряются где-то в вышине, довольно светло — прямо в воздухе на немалой высоте плавают осветительные шары и освещают все вокруг. Да, освещают, теплым каким-то домашним ласковым светом, хотя обстановке зала скорее подошла бы полутьма и зарево пожаров — вокруг полный разгром: пустые, изрубленные, перевернутые и сломанные книжные шкафы, ковер изорванных книг и вырванных страниц устилает пол и в беспорядке расставленные столы из камня, металла и дерева. Многие столы носят следы яростных ударов, некоторые расколоты, другие щеголяют разбитой столешницей или перевернуты на бок и ножками вверх, на целых — настоящий лес разбитого стекла и непонятных приборов. Какие-то прозрачные, разноцветные или черные как смола жидкости текут со столов на книги и на пол, многочисленные стулья, роскошные кресла, маленькие и большие скамьи повторяют судьбу столов и книжных шкафов. Но не только мебель, книжные шкафы и их содержимое ''украшают'' зал — повсюду трупы, трупы, трупы, лужи крови, отдельные органы и части тел, кровавые ручейки, что смешиваются со стекающими со столов жидкостями. Трупы не только похожих на людей или эльфов существ, но чешуйчатых странно знакомых гуманоидов и еще более странных, но тоже почему-то знакомых великанов с синей кожей и красной кровью. Есть и живые, хотя лучше бы их не было: тут и там по всему огромному пространству зала копошатся полуголые фигуры. Дримм присмотрелся к некоторым из них и его передернуло от отвращения — одетые лишь в кожаные ремни, такие же щитки и ножны клинков мужики его собственной расы (фейри) жрут мертвые тела, отрывают куски, лакают кровь, выедают мозг из расколотых черепов, кинжалами и голыми руками потрошат тела и вынимают внутренние органы и ''колбасы'' кишок. Причем жрут всех без разбора и синих великанов, и ящеров, и даже своих сородичей фейри (Дримм наконец опознал мертвые тела).
Но бог с тем что творилось где-то вдалеке, ведь непосредственно к Дримму быстро приближалась троица таких вот едоков. Густо испачканные в крови рты и руки, угольные глаза на перекошенных ненавистью и неутолимым голодом лицах, уверенно сжимаемое оружие в руках, стремительный шелест босых изрезанных стеклянными осколками ног — тройка фейри оставила обгрызенный труп собрата за спиной и нашла себе новую жертву посвежей.
Дримм не испугался перекошенных рож, капающей с зубов крови или черных глаз — видал и не такое, да и сам был страшен в бою. Пока еще было время попробовал вызвать интерфейс. Неудача! А значит все как в прошлый раз — ни магии, ни вещей. Он огляделся по сторонам, пытаясь найти взглядом хоть какое-нибудь оружие и оценивая предметы окружающей обстановки, которые можно было бы использовать вместо него (заодно без особой надежды поискал глазами что-нибудь из взятых с собой вещей, но не судьба). Нашел немало: тут и стулья, и скамьи, ножки столов, что можно отломать, разнообразные стеклянные осколки и относительно целые сосуды с непонятными жидкостями внутри, разные обломки и даже самые толстые из книг с оправленными в металл обложками. Да, немало, хотя с другой стороны, все это ерунда против двух полуметровых мечей из светлой бронзы и недлинного пригодного как для метания, так и для боя копья, плюс кинжалы в ножнах. Оценил он и тех, кто сжимал мечи и копье, оценил по походке, по резкости движений, по тому как оружие лежит в руке и сразу понял — опытные не раз и не два убивавшие воины. Тем не менее он не желал покорно подставлять горло под клинки, хотя тоже был бы интересный эксперимент — что произойдет с игроком в месте, где нет интерфейса игры. Впрочем Дримм не собирался это узнавать и привычно разогревал мышцы перед схваткой, для того чтобы не думать в бою, закладывал в мозг окружающую обстановку, рисовал в голове план будущего боя, искал слабые места у приближавшихся врагов — готовился. Тело и разум еще не успели отвыкнуть от пусть и учебных, но жестких до хруста костей и связок схваток с питомцами, особенно с Дочкой, да искорость, сила, выносливость, ловкость и жажда победы убийцы темного бога никуда не ушли. Один из уголков души фейри-игрока жаждал схватки ненамного меньше чем его безумные собратья-каннибалы и жаль, что он не видел себя со стороны, ведь перед самой сшибкой его глаза обрели ту же черноту, а вдобавок проросли золотыми искрами.
Тем не менее Дримм попытался решить дело миром и обратился к черноглазым фейри на его и их родном языке. Нет ответа, нет реакции на искаженных яростью лицах, нет отблеска понимания в глазах — слова сказанные в пустоту.
— Бой так бой! — пожал плечами Дримм и сам стремительно рванул навстречу набегавшим оружным врагам. Не фейри, не собратьям по расе, а именно врагам и только врагам, жаждущим его плоти черноглазым каннибалам! В конце концов Дримм дал им шанс — не воспользовались и теперь пусть пеняют на себя!
