Трёхчасовое соревнование должно завершиться нашей безоговорочной победой и мы снова направляемся на знаменитую центральную площадь. Мы начинаем блуждать по узким улочкам, соединенным многочисленными мостами, все быстрее переходя с одной стороны на другую, спрашивая у местных продавцов, верное ли это направление. Чем больше мы стремимся к месту встречи, тем сильнее отдаляемся от него. Навигатор, подсказывающий нам путь, сам в недоумении и мы поворачиваем направо или налево в переплетении дорог, но без толку. Мы ускоряем шаг, почти бежим, в надежде, что следующий поворот приведёт нас к желаемому результату, но тщетно. Волнение нарастает, мы молчим и стремительно движемся в хаотичном порядке в незнакомом мистическом городе. Для верности я беру Виктора за руку, чтобы не потеряться в толпе туристов, которые снуют повсюду в поисках удачного местечка для фотографий.
15
Никогда не думала, что рукопожатие имеет такую мощную силу. Как только Виктор слегка сжимает мою руку в своей, все замирает вокруг. Мы словно оказываемся в каком-то магическом шаре, прозрачном как мыльный пузырь и переливающимся на тёплом итальянском солнышке. Томление растекается по всему телу, лицо расплывается в умильной улыбке, мы останавливаемся. Виктор смотрит на меня, а я застенчиво опускаю глаза, хочу спрятаться от его такого знакомого и родного взгляда. Он всегда на меня так смотрел, а я никогда не придавала этому значения, носилась со своими глупенькими мечтами о другом мужчине.
Почему мы настолько редко замечаем то, что у нас перед самым носом? Большое видится на расстоянии.
Мы стоим рядом и не произносим ни слова, так хочется уткнуться в его широкую грудь, но я не должна делать первый шаг. Ещё один странный стереотип. Мужчине самому следует начинать активные действия.
И он готов покорять меня.
Виктор слегка наклоняется ко мне и целует мои волосы, лоб, губы. Я отвечаю на его волнующие прикосновения и мы мчимся к неведомому миру под названием нега. Все во мне трепещет. Ликует. Радуется. Хочется раскинуть руки и обнять весь мир. Запрокинуть голову и купаться в мягких облаках. Закрыть глаза и чувствовать лёгкое щекотание солнечных лучиков, ласкающих наши лица.
“Я мечтал об этом с первой встречи!” – шепчет он мне на ушко. Я произношу банальную, но от этого не менее важную истину: “Мечты сбываются!” Он улыбается и с некоторой долей лукавства спрашивает: “Значит, ты тоже это представляла?” Я хитрю и как истинная кокетка отвечаю: “Возможно!”
Моему восторгу нет предела. Я очарована этим маленьким, уходящим под воду городом, который изо всех сил старается сделать людей счастливыми. Я ощущаю объятия только что приобретённого любимого мужчины и мысленно прыгаю от удовольствия. Внешне я сохраняю вполне спокойный вид.
Впервые я заменяю ожидания на благодарность. Ожидания, владевшие мною столько времени и обещавшие романтические отношения с Арсением, который ни разу не подавал повода к подобным глупостям. Благодарность Виктору за его готовность мчаться ко мне за тридевять земель и ждать моего благосклонного ответа.
Мы стоим на мосту, прижавшись друг к другу, и совсем не торопимся оказаться на площади Сан Марко раньше моих подруг и сестрицы. Мурашки бегут от нежных прикосновений, и хочется спросить: “Куда вы бежите? И кто назвал вас мурашки?” Кажется, что мы решили не участвовать в соревновании “Успеть за 3 часа”, о чем договаривались с моими любимыми друзьями, а подтвердить теорему о том, что Венеция – самый романтичный город планеты. И хотя мы не целовались ни под одним мостом, плавая на гондоле, мы правильно доказали эту всеобъемлющую идею. Согласны?
