От расхристанной души полностью

Мой город знает много песен,

Но мне поёт всегда одну,

Когда бываю я невесел

И парком золотым бреду.

И, слушая его балладу,

Я забываю обо всём.

Мне больше ничего не надо,

Мне кажется, что я спасён.

Бальзамом на душу прольётся

Немого замка вертикаль.

Ладья в ковше к нему несётся,

Свист в парусах-моя печаль.

И Торгильс Кнутссон в гордой позе,

В Европу устремивши взор,

Даёт отпор любой угрозе,

Потомкам шлёт немой укор.

Святого Олафа обитель

Тревожат свежие ветра.

Их силу знает каждый житель,

Но дух имеет от Петра.

Он сам стоит, поправ забвенье

И смотрит вдаль поверх границ.

Лихое самоотреченье

Взнесло повыше многих лиц.

У круглой башни на брусчатке

Ночует эхо семь веков.

Родившись в самой жаркой схватке,

Несётся цокотом подков.

Гуляет дождь неторопливо

По закоулкам не таясь.

А в парке листопад пугливо

Мелькает, в зиму торопясь.

Пойду и я, послушав город-

Залива шум и чаек крик.

Хоть Выборг мой не так уж молод,

Но далеко и не старик.

Мой город мне несёт удачу,

Я гордость за него храню.

Я с ним живу, смеюсь и плачу,

Его безмерно я люблю…

Старинный город у воды

Бросает на прохожих тени.

На солнце греются цветы,

Как школьники на перемене.

Излюблен вдоль и поперёк

Родной, красивый, гордый Выборг.

Ему конечно невдомёк,

Что он творец людских улыбок.

Найдёт уют и красоту

На вкус и цвет любых сословий.

Простым покажет простоту,

Учёным – таинство историй.

Отсюда Невский шведа выпер,

Разя их войско наповал.

Отсюда Пётр строил Питер,

И тут с врагами воевал.

Печать эпох на стенах зданий,

Над замком реет триколор.

Венец всех прочих достояний —

Залива синего простор.

Он рвётся свежестью приятной

В бульвары, скверы и сады,

В которых цвет и запах мятный —

Природы дивные труды.

Спасибо за приют, мой Выборг.

Я горд тобою каждый миг.

И в гордости той нет ошибок,

Ты абсолютен и велик…

По булыжникам старого города

Я застенчивым шагом иду.

На верхушке осеннего холода

Путеводную вижу звезду.

Приукрашены сумерки тайнами,

Пропитавшими стены домов.

Моя тень мостовыми случайными

Мельтешит хороводом дворов.

Где-то здесь притаилась история

Наших пращуров, знавших Петра.

Очень яркая фантасмагория,

Словно всё ещё здесь та пора.

Бой часов на белеющей башне

Распугает скучающих птиц.

С недодуманной мыслью вчерашней

Я вошёл в этот мир без границ.

Здесь мерцает неоном реклама

Вперемешку со звоном мечей.

Возле цоколя древнего храма

Бродят рыцари уйму ночей.

Мне мерещятся люди в каретах,

Затмевая железо авто.

Что-то прячут в крахмальных манжетах,

Щеголяя в роскошных манто.

Отрешившись от дня настоящего,

Наслаждаюсь виденьем своим.

Я в компании неба неспящего

Вглубь былого азартом гоним.

Так и чудятся мне кирасиры

На красивых конях вороных.

Подле них без доспехов мундиры

В переливах наград боевых.

На заливе, устав от безделья,

Ветер треплет андреевский флаг.

А на палубах звуки веселья

После трудных, но выигранных драк.

В подворотнях под сводами арок

Чуть остывшие пушки стоят.

За их славу поднятием чарок

Кабаки городские галдят.

Где-то кузница молотом звонким

Всем победные марши поёт.

А молочница голосом тонким

Зазывает к бидону народ.

На истёртом дощатом крылечке

Мальчуган начал саблю строгать.

А в окне приютившись у печки

Наблюдает с улыбкою мать.

Чуть подальше в ботфортах разбитых

Вестовой с порученьем спешит.

В переулках сегодня забытых

Между знатью и людом бежит.

Находясь посреди современности,

Окунаюсь в раздолье эпох.

В закромах поседевшей нетленности

Понимаю, что мир был неплох.

На палитре из листьев опавших

Как мираж старый город стоит.

И чудес его, в душу запавших,

Красоту моя память хранит…

Ангел над Выборгом тихо поёт,

Снова меня на прогулку зовёт.

Царство таинственных гордых теней

Мне с каждым годом родней и нужней.

Здесь тишина и безлюдный покой —

Город расстался с дневною толпой.

Бронзовый лось задремал до утра,

В парке неспешно гуляют ветра.

Вот карусель отдыхает от дней,

Слушает эхо от смеха детей.

Мальчик лесной от прохлады звенит —

Без четверти века куда то спешит.

Дальше, у храма, гранитный медведь.

Бродит кругами, не может сидеть.

Площадь у рынка – приют пустоты-

Каменной твердью упрется в кусты.

Дом Гиацинта мой взор ворожит,

Рыцарский дух до сих пор сторожит.

Справа едва серебрится залив.

Волны гуляют, но он молчалив.

Мальчик и кошка в обнимку стоят,

Что-то друг другу в глаза говорят.

Спят две ладьи рядом с тёмной водой,

Та забавляется с пленной луной.

Вдаль убегает изогнутый мост,

Замком любуются тысячи звёзд.

Древние стены мерцают в ответ

Вот уже больше, чем семь сотен лет.

Ангел над Выборгом звонко поёт,

В город рассветное солнце зовёт…

Люблю свой Выборг, что бы там ни говорили.

Люблю его предутренний абрИс.

Люблю, чтоб яхты от причала вдруг поплыли,

Когда по Крепостной спускаюсь вниз.

Люблю, когда звенит цепями ветер

Под взглядом Торгильса, как сталь его меча.

Люблю, когда рассвет над замком свЕтел,

Люблю плутать дворами, рифмы бормоча.

Люблю поспорить с горлопанкой-чайкой,

Что у «ковша» сидит на стылом берегу.

Люблю, когда коты хитрющей стайкой