Дмитрий Суздальский приехал во Владимир и, радуя местных жителей, обещал возвысить значение и вернуть былую славу и величие этого города. Митрополит Алексий спорить с ним не стал, вероятно, догадываясь, что времена скоро переменятся. Он благословил Дмитрия Константиновича и отправился в Москву.
Наврус правил недолго. Его убил Хидырь. Он же погубил Тайдулу, относившуюся с почтением и уважением к митрополиту всея Руси Алексию. Казалось, шансы на великое княжение у Московских князей резко снизились. Русские князья отправились на суд к новому хану. Тот выдал им грамоты на наследственные уделы. Не успели они разъехаться по своим отчинам, как Хидырь был убит сыном Темирхожею. Он правил всего шесть дней, его убил Мамай, объявив ханом «какого-то Авдула». В Орду съехались потомки Чингисхана, между ними началась страшная резня.
Дмитрий Иванович Московский выскользнул из ада, прибыл в Москву. Митрополит Алексий и бояре внушили ему мысль о том, что он должен объявить себя соперником Дмитрия Константиновича, и одиннадцатилетний отрок отправился вместе с Алексием в Орду, и тот убедил хана выдать москвичу ярлык на великое княжение.
Москва выдержала испытание безвластием.
Вернувшись на родину, Дмитрий Иванович первым делом вынужден был воевать, так как Дмитрий Суздальский без боя не пожелал уступить великокняжеский престол. В этой кратковременной войне своего князя единодушно поддержали московские бояре. Они, вооружившись, смело выступили в поход. Возглавляли его два сына Ивана Кроткого и их двоюродный брат Владимир Андреевич. Самому старшему из них, великому князю, было двенадцать лет.
Москвичи одержали над Дмитрием Константиновичем победу в битве за Переяславль-Залесский, новый великий князь воссел во Владимире на престол и вскоре отбыл в Москву.
КлятваАлексий прекрасно понимал, что для создания централизованного государства необходимо было изменить порядок престолонаследования на Руси. Используя свой громадный авторитет в Орде, он добился этого. Хан признал предложенный митрополитом Алексием новый порядок, согласно которому власть должна переходить не к старейшему в роде Рюриковичей, но к старейшему в роде московских князей, что давало возможность сконцентрировать в одной семье, в одном городе всю полноту власти.
