К 1474 году «к весне… церковь виделась «чудна вельми и превысока зело», уже была доведена до сводов, которые осталось только замкнуть, чтобы на них соорудить верх большой, – среднюю главу»[82]. Ну уж с этой задачей как-нибудь да справились бы русские мастера, если бы их раствор не подвел. Он очень вовремя их подвел. 20 мая на закате вдруг рухнула северная сторона храма и половина западной стороны.
Какая незадача! Строили-строили, и на тебе – падают стены сами по себе, не дождавшись, пока над ними соорудят верх большой. В чем же дело? Чего им, этим стенам, не хватило? Кто виноват в катастрофе?
Кто-то из летописцев сваливает все на землетрясение, которое, якобы, случилось в тот час. Кто-то упрекает мастеров за то, что они клали стены по старинке (возводился своего рода каркас из внутренних и внешних стенок, между ними укладывались камни, заливаемые раствором). Этот метод, между прочим, применяется по сю пору в некоторых случаях, и ничего, стоят дома! Некоторые во всем обвиняют высокую лестницу, пристроенную к северной несчастной стороне.
А мастера из Пскова посмотрели на работу своих коллег, похвалили работу (стены, мол, красивые, гладкие) да поругали раствор извести. Но когда им предложили возвести знаменитый храм, они наотрез отказались, удовольствуясь другими заказами – церквями помельче. Почему? Плохой раствор извести не позволял им соорудить громадный храм? А может быть, что-то еще, более существенное? В Пскове и Новгороде они не без помощи немцев возводили церкви, красивые, надежные. Но Успенский собор, задуманный митрополитом, был при всей своей внешней простоте сооружением чрезвычайно сложным! Тут одними золотыми руками, волей, желанием ничего не сделаешь.
Тут нужен был опыт! Многовековой.
В конце июля 1474 года Иван III отправил в Венецию Семена Толбузина (первого посла русского происхождения в Западной Европе). Тот справился с основным заданием и на следующий год вернулся на родину с Аристотелем Фиораванти, знаменитым зодчим, инженером. Он, единственный из многочисленных венецианских мастеров, согласился поехать в Восточную Европу учить русских строительному делу и другим премудростям, выпросив себе при этом ежемесячное жалованье в 10 рублей. Много это или мало? Для сравнения можно вспомнить, что, одолев Новгород, Иван III взял только деньгами около 16000 рублей. То есть Аристотелю Фиораванти хватило бы на 150 лет. А пятерым таким как он – на 30 лет.
