Несчастная судьба была у родных короля Гарольда, у тех, кто связал свою судьбу с этим, по всей видимости, чистым человеком, оказавшимся в роли «без вины виноватого». Многие из них погибли в битвах с норманнами, многие влачили жалкое существование. Гита слишком рано умерла, но ее судьба явилась одной из опор некоего философского мостика между историей Альбиона и историей Древней Руси, откуда в конце сороковых годов XI века в Норвегию отплыл один из участников великой драмы Альбиона Харальд Хардероде с женой Элисив (дочерью Ярослава Мудрого). Трагедия Британии должна была предостеречь всех русских князей от раздувания огня распри. История Альбиона с V по XI века нашей эры представляла собой почти непрерывную цепочку распрей, разбавляемых нашествиями данов, саксов, англов, викингов, которые, отвоевывая себе пространство на острове, тут же включались во внутреннюю междоусобицу… История Древней Руси с IX по XIII век чем-то напоминала историю Альбиона с V по XI век, и судьба не зря отослала в сороковых годах Элисив с Харальдом в Норвегию и прислала в восьмидесятых годах из Дании Гиту в жены Владимиру Мономаху. Не зря.
Но мать Мстислава не успела, не смогла передать русским людям, сыну – будущему великому князю киевскому – философской сути своей короткой жизни. Не словами передать – это уж слишком для жены русского князя XII века, – но судьбой своей.
В 1096 году, когда Юрию едва исполнилось шесть лет, Владимир Мономах поставил его на княжение в Ростово-Суздальскую землю. То был стратегически очень точный ход. Ростово-Суздальская земля, завещанная еще Ярославом Мудрым сыну Всеволоду, перешедшая затем к Мономаху, была богатейшей и обширнейшей областью, территория которой огибалась с запада, юга и юго-востока Окой и Волгой и простиралась далеко на север. Во второй половине XI века сюда устремились из Поднепровья, из Новгородской земли русские люди, гонимые злыми ветрами разразившейся распри, а также другими причинами, о которых речь пойдет позже.
