– Да, спасибо. – Она попросила у гостиничного клерка перо и бумагу и торопливо черкнула несколько слов и свой адрес в Сент-Луисе.
Чарли грустно покачал головой.
– Я не знаю, что случилось, мисс Стефани, но мне очень жаль.
Она попыталась улыбнуться.
– Мне тоже. – Она приподнялась на цыпочки и поцеловала его в морщинистую, выдубленную ветром щеку. – Прощай, Чарли. Я никогда тебя не забуду.
Казалось, Чарли хотел ответить, но, видно, не смог. Он кивнул и вышел, комкая в руках шляпу.
Спустя несколько минут Орсон Пикетт услыхал стук в дверь, открыл – и удивленно расширил глаза: на пороге стояла Стефани.
– Орсон, как скоро ты сможешь собраться?
У Орсона отвисла челюсть.
– Что? Мы едем в Сент-Луис? Почему ты передумала?
Она грозно сдвинула брови.
– Орсон, не задавай вопросов. Если ты еще об этом заикнешься, клянусь, я подобью тебе второй глаз!
Чарли вошел на кухню и с первого взгляда понял, что здесь неладно. Коул сидел за столом. Напротив него стоял Джош и гневно смотрел на отца.
– Папа, ты обещал, что не выгонишь Стефани!
– Я тебе уже сказал, сынок. Она вспомнила, кто она такая, и решила вернуться домой.
– Это неправда! Она не могла уехать и не попрощаться!
– Она попросила меня попрощаться за нее.
Глаза Джоша наполнились слезами.
– Папа, Стефани вернется, если ты ее попросишь! Я знаю, вернется!
– Возможно. Но я ее просить не буду.
– Почему?
– Вырастешь – поймешь.
– Я все понимаю! Я понимаю, что ты ее выгнал! Я тебе никогда этого не прощу! Никогда! – Крик превратился в рыдания, и Джош выбежал вон.
Коул в ледяном молчании пил кофе. Чарли откашлялся.
– Ну? – не глядя на него, прорычал Коул.
– Она сегодня уезжает.
– Отлично!
– Сынок, подумай хорошенько. Потом раскаешься, да поздно будет.
– В чем я раскаиваюсь, так это в том, что сразу ее не выгнал.
Чарли безнадежно покачал головой.
– Кейт, она прислала тебе записку.
– Дай сюда! – крикнул Коул и вырвал записку у него из рук.
– Коул Кентрелл, отдай сейчас же, не то я... – Она взглянула в его лицо и осеклась.
– Чтоб духа этой женщины в нашем доме не было! – Коул скомкал клочок бумаги, схватил шляпу и выскочил за дверь.
Кейт заговорила первой:
– Господи помилуй, таким он не был с того дня...
– Знаю. С того дня, как умерла Мегги. – Чарли грустно покачал головой. – А посмотрела бы ты на мисс Стефани! Я, как ее увидел... Мне словно пулю в сердце всадили.
– Не представляю, что могло случиться! – покачала головой Кейт.
– А я и знать не хочу! – бросил Чарли уже с порога.
Дорога в Сент-Луис была долгой и унылой. Стефани разговаривала с Орсоном только при крайней необходимости. Его попытки завязать разговор наталкивались на непробиваемую стену молчания. И Орсон начинал понимать, что это не вспышка гнева или обиды: Стефани просто закрылась от него наглухо.
Нэнс встречала их на вокзале. Не откликнуться на ее радость было невозможно.
– Стефани! – воскликнула она и обняла подругу. – Я так ужасно скучала!
Стефани обняла ее в ответ и слабо улыбнулась.
– Я тоже очень рада тебя видеть, Нэнс. Стефани уверяла, что прекрасно доберется домой сама, но Орсон и Нэнс решили доставить ее до порога. По пути Орсон рассказывал Нэнс о поездке, и оба они старались втянуть в беседу Стефани, но она отделывалась односложными ответами или молчала.
Наконец коляска подкатила к дому. Дверь открыл прямой, как палка, седой дворецкий.
– Добро пожаловать, мисс Стефани.
– Спасибо, Джеймс.
– Приготовить угощение для ваших гостей?
– Нет. Мистер Пикетт вернулся из долгого путешествия. Ему, должно быть, хочется поскорее попасть домой.
Даже не взглянув на остолбеневшую парочку, Джеймс закрыл дверь у них перед носом и последовал за Стефани в библиотеку. Много лет назад через этот особняк прошла длинная череда гувернанток – и ни одна из них не могла справиться с Элизабет и Стефани Скотт. Когда очередная гувернантка уволилась, не проработав и недели, Джеймс принялся за воспитание девочек сам. Он понимал и любил проказливых сестер и где лаской, где строгостью учил их сдерживать неуемное озорство. Для всех он был дворецким Эштона Скотта, по-английски чопорным и вылощенным, но для Элизабет и Стефани он всегда оставался милым Джеймсом.
Стефани швырнула шляпу на стул и крепко обняла старика.
– О, Джеймс, как я рада тебя видеть! Я боялась, что тебя здесь не застану.
Джеймс улыбнулся.
– Я подумал, что вы, вернувшись, захотите увидеть свой дом таким, каким его оставили.
– Но я ведь сказала, что уезжаю ненадолго, а прошло столько времени... Ты не боялся, что я могу совсем не вернуться?
– Я решил, что разумнее будет подождать.
– Как же ты ухитрялся целый год вести хозяйство? Ведь я не оставила ни цента!
– Мистер Пикетт обо всем знал. Я обращался за средствами к нему. Полагаю, он давал мне деньги из наследства вашего отца.
– Ах да, конечно, наш сообразительный Орсон! – Едва слова сорвались с языка, Стефани стало за них стыдно. – Я надеялась, что скоро вернусь, но все равно, мне нельзя было так тебя оставлять.
