Данная работа представлена для конкурса "Осторожно, двери закрываются!". Автор попытался представить в метро встречу с человеком-знатоком истории Москвы. При оформлении обложки использованы фоторепродукции изображений из книги "Московский метрополитен имени Л. М. Кагановича. Фотоальбом. М., 1935".
– Осторожно, двери закрываются, следующая станция «Сокольники». Уважаемые пассажиры, при выходе из поезда не забывайте свои вещи.
Вторую часть объявления я уже не слышал по причине ухода в воспоминания об истории Сокольников.
Сразу же вспомнилось, что именно с этой станции 15 сентября 1935 года началось движение электропоездов столичной подземки, о чем с некоторым сожалением поведал нам своим бархатным голосом Леонид Осипович Утесов.
Станция получила свое наименование от местности, на территории которой была возведена. Сейчас там находится парк культуры и отдыха с музеем каллиграфии, а раньше…
Сосновый бор на окраине Москвы и примыкавшие к нему луга и поля со времен великих князей служили им местом для охоты, которая велась с помощью соколов-кречетов. Лиц, обучавших птиц охотничьим навыкам и следящих за их содержанием и уходом, называли сокольничими. Со временем для них неподалеку от охотничьих угодий было возведено селение, получившее название Сокольнической слободы. На месте же вырубленной части бора образовалось Сокольничье поле, где помимо охоты тренировали ловчих птиц.
Позднее вся местность получила общее название «Сокольники».
Вспомнились две картины из собрания Третьяковской галереи – «Лосиный остров в Сокольниках» Саврасова и «Осенний день. Сокольники» Левитана. Женская фигура на картине последнего исполнена рукой его ученика – Николая Павловича Чехова, родного брата всем известного классика русской литературы.
– О чем размышляем? – прервал мои воспоминания мягкий голос. На свободном сидении улыбался пожилой человек с озорным взглядом.
– Да вот, о Сокольниках задумался. Вспоминаю, что знаю о них, что они сейчас собой представляют.
– Да-да, Сокольнички-охотнички. – подмигнул мне попутчик.
Между тем из радиодинамика прозвучало:
– Осторожно, двери закрываются. Следующая станция «Красносельская».
– А что Вам, молодой человек, известно насчет Красного села? – обратился вдруг незнакомец ко мне с вопросом.
– А это не то Красное село, где Наум Плещеев и Гавриила Пушкин грамоту первого самозванца зачитывали?
– Оно самое! – подтвердил он мои слова. – И, что ведь интересно, поверили им люди! Приняли за сына Ивана Грозного этого проходимца. За что позднее и поплатились.
– Каким образом?
– Сожгли их село. Правда, было это уже при Лжедмитрии Втором. Были там перебежчики, вот один из них, некто атаман Горохов, и сжег село до основания.
– Да-а, невесело. А еще что-то интересное связано с этим местом?
– Было дело. За сто с лишним лет до этого великий князь Иван III, когда шел на битву с ханом Ахметом, приезжал в Красное село держать совет с боярами да духовенством о том, как победить хана да отвадить этих кочевников от Руси-матушки.
– Ясно. Значит, имело вес сельцо-то?
– Как видите. Хоть сегодня самого его уже нет – поглотила столица, но две улицы указывают на него – Красносельская и Краснопрудненская. Около села пруд был, Великим его называли, поскольку площадью он был чуть ли не с территорию Кремля. Но сегодня пруд этот засыпан, не сохранен.
– А что вообще сейчас на месте Красного села? Есть что-нибудь интересное?
– Смотря что для Вас является интересным. – улыбнулся в ответ незнакомец. – Для меня, например, древняя красота Москвы давно исчезла. Начали ее скрывать многоэтажки, которые сузили улицы, простор убрали. Многие исторические места они собой заслонили, спрятали от нас. Так и в Красном селе – нужно все где-то искать, блуждать среди высоток.
Нас вновь прервал голос диктора:
– Станция «Красносельская». Следующая станция «Комсомольская».
– А вот если сейчас выйти, и пройти пешком по Краснопрудной, то аккурат можно выйти к Комсомольской площади. Красивый там открывается вид. Не испортили бы его опять стройкой. Так что, если не боитесь гулять пешком, когда-нибудь пройдитесь. Там будет меньше километра.
– Площадь трёх вокзалов?
– Это ее сейчас так называют, а некогда это была Каланчевская площадь, Каланчевка. Как раз на всем протяжении от Красного села до этой площади раньше простиралось Каланчевское поле. В старину это было одним из главных мест Троицких народных гуляний.
– А почему Каланчевское? Каланча где-то находилась?
– Где сейчас Ленинградский вокзал, там государь Алексей Михайлович, отец Петра Первого, возвел себе путевой дворец, в котором останавливался на отдых, когда отправлялся в какую-нибудь поездку. Вот при этом дворце и находилась высокая дозорная башня, т. е. каланча, почему и площадь получила такое название. По причине ветхости строение разобрали. Когда начали строить железные дороги, выбрали местом прибытия именно эти места, потому постепенно и исчезли и Красное село, и Каланчево поле и много чего еще.
Между тем мы подъезжали в очередной станции. Мне не хотелось перебивать своего собеседника, потому я ни имя его не спрашивал, ни других вопросов не задавал, чтобы не перейти на другие темы.
– Станция «Комсомольская». Следующая станция «Красные Ворота».
