От винта! [Сборник] полностью

Поспать, естественно, не дали. В 11.00 появился Львов, которому уже накрутил хвоста Берия. Мы поехали с ним осматривать новое помещение, которое нам выделили в Академии Можайского. Оттуда поехали в Кубинку. Там на полигоне на складах находились трофеи. В первую очередь я заинтересовался не самолётами, а фаустпатронами и кумулятивными минами. Вернувшись в Академию, вызвал Котина и Морозова, Люльку, Сухого, Лавочкина, Швецова, Климова, Ивченко и Янгеля. А сам поехал в Калининград к Туполеву. Туполевцы «раздевали» В-29 и тщательно измеряли каждую деталь. Андрей Николаевич набросился на меня, как будто я придумал это копирование. Причём лично Сталин запретил что-либо изменять в конструкции: «Не надо делать лучше, сделайте точно такой же!» Это, естественно, очень ограничивало Туполева. Но, вспоминая, как долго у Туполева «болели» машины детскими болезнями, я мысленно соглашался с Иосифом Виссарионовичем. Единственное, что хотелось бы изменить, памятуя о судьбе Ту-4, так это дюралюминий, из которого сделана эта машина. Он оказался нестоек к усталостным напряжениям и к погодным условиям. Я обратил внимание Туполева на корпус «Кинг кобры» и попросил параллельно исследовать и его. Из всех машин, которые я помню, эта «Кобра» служила дольше всех. Туполев недовольно поморщился, но сразу в атаку не бросился, видимо потому, что сам материал я подал ему очень мягко. Просто обратил его внимание на небольшое отложение солей на месте небольшой царапины на лаке руля глубины.

– Хорошо, товарищ маршал, мы уделим этому внимание. Если материал «кобры», по вашим словам, не имеет этого недостатка, и близок по прочностным характеристикам, то можно будет попробовать и его в качестве конструкционного. Я получил распоряжение о том, что вы являетесь куратором этого проекта. Так что вся ответственность на вас. Есть два узла, назначение и принцип действия которых нам остался непонятен. Давайте пройдём вон туда, – и он показал мне на небольшой домик за ангарами. Там на столе лежали вычислители Нортена и фон Неймана.

– Это аналоговые вычислители. Этот от бомбового прицела, а этот от бортовой РЛС. Похожими устройствами в Уфе занимался академик Лаврентьев. Три месяца назад мы передавали ему аналогичный прибор.

– Прекрасно, Павел?..

– Петрович.

– Замечательно, Павел Петрович, наконец-то в качестве куратора прислали человека, который хоть в чём-то разбирается! Кроме сроков реализации проекта! – сарказм из АНТ так и лился. – Как оно работает?

– Нортен по засечкам двух точек и данных от радиовысотомера и гирокомпаса вычисляет истинную скорость и направление полёта, а по ним точку сброса. Со вторым мне сталкиваться не приходилось, но принцип действия примерно такой же. Там вычисляются поправки к углу наведения бортового оружия в зависимости от курса и угловой скорости цели, также по двум засечкам локатора.

– То есть вот это – провод от радиовысотомера, а это от гирокомпаса? Так? Мы не смогли пока точно определить: куда идут провода. Они уходят в большой жгут, который мы ещё не разбирали. А как работает высотомер?

– Как радиолокатор, но с неподвижной антенной, направлен только вниз. Высоту вычисляет такой же вычислитель в зависимости от тангажа и крена самолёта.

– Ну, хотя бы понятно, кому отдавать в разработку. Спасибо. А то обычно от кураторов можно услышать только слово «когда». Там ещё очень сложная система наведения огневых точек. Разветвлённая сеть с возможностью управления как вместе, так и порознь, и через перископы.

– Вот второй вычислитель, он для этой сети.

– Да, их несколько. А вы уже видели эти самолёты?

– Да, в Полтаве, заодно поинтересовался, как они устроены.

В общем, мы расстались с Туполевым уже дружески, он понял, что я буду не только контролировать, но и помогать. А я понял, что к проекту подключены недостаточные силы, что надо расширять количество привлечённых специалистов.

На следующий день приехали «танкисты», которых я встретил с лежащими на столе гранатомётами и минами, разложенными фотографиями танков после детонации боеприпасов.

– Знаем, товарищ маршал, но решения пока нет. Пробуем различные приспособления, но результатов нет. В войсках применяют кроватные сетки.

– Кумулятивную струю можно разрушить взрывом. – И я набросал на броне Т-34-85 коробочки пассивной защиты. – Вовнутрь закладываем бризантное ВВ. При попадании пуль, осколков, бронебойных снарядов детонации не происходит, а в случае взрыва кумулятивного снаряда происходит детонация и разрушение струи. Ходовую часть можно прикрыть всем чем угодно, лишь бы граната до брони не достала. А против антенных мин поставить лёгкий трал впереди. Действуйте!

Звание «маршала авиации» избавило меня от объяснений: откуда я это знаю.