Все в этом было плохо. Умболы не были одиночками. Они не уходили сами по себе и не плавали маленькими кругами. Они были фуражирами, вот почему нам пришлось сделать для них гигантский аквариум. Оунд был в острой фазе расстройства. У гостя нашей гостиницы был нервный срыв. Мои родители были бы в ужасе. Я опозорила семью.
— Почему он плавает в собственной моче? — спросил Шон.
Умболы были чрезвычайно привередливы в отношении своих привычек в ванной. Нам пришлось трижды переделывать их уборную, просто чтобы убедиться, что она эстетична и достаточно уединенна.
— Это заставляет его чувствовать себя в большей безопасности. Это его эквивалент сворачивания в форму эмбриона. Ты вообще добился от него ответа?
— Нет.
Я запечатала маленький бассейн.
— Давай попробуем более низкую температуру и успокаивающий свет.
Мощные насосы «Гертруды Хант», регулирующие температуру, включились, подавая в резервуар прохладную воду. Я приглушила свет. Водные растения внутри резервуара мягко флуоресцировали.
— Давай подождем, — сказала я. — Ты уже позавтракал?
— Не-а.
Я сунула руку в карман мантии, вытащила печенье в обертке, которое ранее стащила с кухни, и дала ему. Он проглотил его с жадностью.
Оунд продолжал нарезать круги.
Люди испытывали инстинктивный страх перед морскими глубинами. Даже если мы знаем, что водоем совершенно безопасен и в нем нет хищников, плавание в темной воде, где до дна не достать, пробуждает в большинстве из нас примитивную тревогу. У умбол же инстинктивный страх перед земными хищниками. На определенном этапе своего развития они становились добычей огромных рептилий и ужасающих птиц, которые ныряли в воду с большой высоты. Их терпимость к земному насилию очень мала. Она пугает их сверх всякой причины.
— У тебя была возможность поговорить с Миралитт?
Он кивнул.
— Ей понравилась запись. Она в деле. Я отвел ее к Деррил, та пока думает.
— Пойдет ли она на это?
— Если она захочет, то предложение у нее есть. Она примет его или нет.
Оунд стал замедляться. Холодная вода подействовала.
— Я перечитал договор, — сказал Шон.
Прошлой ночью, перед тем как лечь спать, я показала ему запись моего разговора с леди Вексин, записанный гостиницей. Она считала, что отбор будет аннулирован, а я была слишком увлечена ее рассказом, чтобы спросить почему. Шон решил перечитать наш договор с Доминионом, как только мы немного поспим.
— Она права. Скорее всего, они аннулируют отбор.
— Почему?
— Пара не может быть выбрана по умолчанию. Должно быть, по крайней мере, два кандидата, чтобы Суверен мог выбрать одного.
— Держу пари, такое предусмотрели, чтобы кандидаты не переубивали друг друга. Если останется только один, никто не станет парой.
Шон кивнул.
— Если она уйдет сегодня вечером, останется только Оунд. Выбор автоматически отменяется.
— Тьфу.
— Станет все хуже. — Я уставилась на него.
— Если они аннулируют этот выбор, мы будем на крючке для проведения следующего.
— Галактика, нет. Нет. Абсолютно нет. Больше никогда.
— Мы подписались на это.
— Нет. — Я поняла, что это был нерациональный ответ, но он был единственный, который я могла придумать.
Он обнял меня.
Мы оба согласились бы, чтобы в идеальном мире Косандион женился на леди Вексин и родил бы много сверхинтеллектуальных, красивых и физически развитых детей. К сожалению, ничто не указывало на то, что такое произойдет. Прошлой ночью Ората начала опрос населения Доминиона относительно наилучшей даты для нового отбора, если текущий будет отменен.
— Я так устала, — прошептала я ему на ухо.
— Я знаю, любимая. Знаю. Мне жаль, что я втянул нас в это.
— Ты не втягивал нас в это. Мы взялись за руки и вместе прыгнули с того утеса.
Когда мы говорили и думали о том, чтобы сделать это неделю назад, это не казалось таким… таким… таким большим. Таким сложным. Галактика, прошла всего неделя. Как…
— Это похоже на бездонную дыру, и мы продолжаем бросать в нее время, магию и ресурсы, а она становится все больше, — сказала я ему.
— Я просто хочу, чтобы это было сделано. Я хочу, чтобы с этим дерьмом было покончено. Я хочу, чтобы все убрались из нашей гостиницы. Им всем нужно пойти куда-то еще, и нам нужно отправиться за Уилмосом.
Я застонала и стукнулась лбом о его плечо.
— А мы даже не знаем, что найдем по другую сторону портала Каррона.
Мы стояли вместе несколько минут. Шон гладил меня по волосам.
— Если они аннулируют выбор, у них не будет сразу другого, — сказала я. — Могут потребоваться годы, чтобы устроить его снова.
— Может, он сделает нам всем одолжение и женится на рыбе.
— Я не могу, — сказал позади нас механический голос Оунда.
Мы повернулись. Он перестал плавать и завис возле прозрачной стены.
— Я не могу этого сделать. Это слишком опасно. Я недостаточно храбр. Я не могу отправиться в Доминион. Я не могу остаться там. Я не могу стать его парой. Меня могут убить. Могут убить моего отпрыска. Все это закончится трагедией и смертью. Так много смертей.
— Ну, а это идея, — сказал Шон себе под нос.
