От всего сердца полностью

— Да, — сказал Дагоркун. — Мы не знаем, как они это сделали, и мы не смогли уловить это в течение пяти лет. Тем немногим северянам, которые оказались на Гарре, совсем не везло. Неожиданно на них сошли грязевые оползни, происходили сбои в электросетях. Случайные метеориты поражали их жизненно важные объекты. Все в таком роде.

— И ничего невозможно доказать, — сказал Шон.

— Точно, — сказал Дагоркун. — Что мы могли доказать, так это увеличение эмиграции. Северные ветераны, которые пролили кровь и заработали свою землю, обналичивают деньги и убираются с планеты. А теперь Суркар и его банда здесь. У каждой делегации есть главные и второстепенные просьбы. Мне нужно узнать, о чем они просят.

Мараис выглядел так, словно засыпал.

— Гектор, идите домой, — пробормотала я.

Он покачал головой.

— Мне просто нужна минутка.

В следующий раз, когда мы наймем его для какой-либо работы, я обозначу в договоре рабочее время и часы его отдыха, и обязательно заставлю подписать его.

Карат вышла на крыльцо в тренировочных доспехах, подошла к тренировочной стойке на траве, выбрала меч и подбросила его на шесть футов вверх. Он закружился, и она схватила его в воздухе.

Дагоркун моргнул.

— Если Суркар будет выбран в качестве пары, и они попросят о военном союзе между Гаррой и Доминионом, вступит ли Орда в войну? — спросила я.

— Да, — сказали Дагоркун и Шон одновременно.

Война между Ордой и Доминионом стала бы катастрофической. Арбитражное управление хотело бы предотвратить это любой ценой, так же сильно, как они хотели бы защитить стабильность самого Доминиона.

Я почти видела полупрозрачный призрак Джорджа, нависающий над нами. Должно быть, он очень сильно хотел быть здесь, мягко направляя события в нужное русло, но не мог.

Бестата и Гастон вышли из кухни. Бестата проигнорировала существование нашего столика, убедившись, что все мы осознали, что мы недостойны ее внимания. Это граничило с оскорблением.

Гастон размашистым жестом пригласил Бестату на траву. Высокая светловолосая рыцарша направилась к тренировочной стойке.

— Сколько лет этой штуке? — спросила Карат, рассматривая меч в своей руке. — Таких больше не делают.

— Много, — ответила я ей. — Он был подарен хранителям потомком великого героя Святой Анократии много лет назад.

Изначально я думала, что этому оружию пару столетий, но потом Мод спросила меня о нем после спарринга с Арландом. Она посчитала, что набор оружия был намного старше, поэтому, когда все успокоилось, я покопалась в архивах «Гертруды Хант», пока, наконец, не нашла упоминание о нем. Набор был передан «Гертруде Хант» одним из моих предшественников, который унаследовал его от гораздо более старой, ныне разрушенной гостиницы.

Как только я поняла, откуда взялось оружие, я сразу же взяла набор тренировочных кинжалов со стойки и положила их в специальную коробку для моей племянницы. Хелен обомлеет.

Бестата снизошла до того, чтобы взглянуть на меня.

— Что за герой?

За свою жизнь я имела дело со многими вампирами, но ни один из них не насмехался надо мной так сильно, как Бестата. Я не могла сказать, было ли это просто выражение ее лица по умолчанию, но моему терпению был предел.

— Нажмите на черный переключатель в форме кинжала сбоку, — сказала я ей.

Она осмотрела стойку с оружием. Ее пальцы нащупали выключатель.

Голограмма гигантской темнокожей женщины-вампира вырвалась оттуда. На ней были древние доспехи с богато украшенными металлическими наплечниками и кирасой, сидящей поверх син-брони, стиль, пришедший из тех времен, когда вампиры не полностью доверяли новым технологиям и упрямо долго держались за металл. Шрам пересекал ее лицо, рассекая губу. Ее глаза вспыхнули.

Вампирша подняла огромный топор к небу и взревела, демонстрируя устрашающие клыки. Бестата и Карат шарахнулись назад, повинуясь чистому инстинкту. Мараис резко проснулся и вскочил на ноги.

— Я, Силета из Дома Корса, дочь Лорсана и Делендин, внучка Олазарда Потрошителя Душ, дарю оружие этой гостинице, — заявила вампирша. — Пусть потомки нашей великой нации используют его, чтобы стать еще лучше во время своих путешествий. Пусть оружие бьет верно, и пусть их воля никогда не дрогнет. Пусть они принесут смерть всем мукамам через звезды и время!

Я отхлебнула кофе.

Запись исчезла. Шон посмотрел на меня.

А ты как думал, что знаешь все мои секреты. Ты даже не приблизился к ним ни на йоту, приятель.

Я улыбнулась и слегка отсалютовала ему кофейной чашкой.

— Это священная реликвия, — прошипела Бестата.

— Нет, это просто тренировочная стойка с оружием с долгой историей, — сказала я. — Чувствует ли себя леди Эминдра неспособной принять вызов?

Бестата впилась в меня взглядом.

— Мои навыки неоспоримы.

Карат усмехнулась.