– Что ты опять поднимаешь панику! – провозгласил он твердо. – Скажи спасибо, что не наткнулась на него, придя вечером со службы! Что бы с тобой случилось тогда? Тебе повезло, он тебя не дождался. Не потому, что у него появились непредвиденные дела, а потому что он не собирался тебя дожидаться. Это пока не входит в его планы. Он не собирается тебя просто так убивать, а играет с тобой. Его цель – запугать, довести до помешательства. Он разыгрывает свой спектакль, хочет, чтоб ты стала героиней драмы, в которой он невидимый режиссер. И ты, между прочим, оправдываешь его надежды. Разве ты не героиня?
– Я? – тихо спросила она, удивительным образом переходившая от гнева к спокойствию. – Мне плевать, что он задумал. Я не собираюсь плясать под его дудку. И никаких телефонных переговоров. Сегодня болтала с ним исключительно из-за тебя, чтоб ты убедился, что все это не бесплодные выдумки.
– Так поверю на слово?! Мне не требуются доказательства.
– Не буду здесь ночевать одна, – решительно произнесла Светлана. – Соберу вещи, самое необходимое, сниму комнату… Нет, это сейчас накладно. Лучше перееду пока к Иветте, пока придется снова менять замки.
– Снова?
– Да. Меня весной случайно ограбили.
– Как это случайно? – сморщился Серебров.
– По ошибке, – пояснила Света, – наводка подвела.
– Такое бывает?
– У нас все бывает. Ведь сам убеждаешься, не так ли? Прилетел на переговоры, а попал в настоящий дурдом. Фантастика? Ан нет, батюшка – чистая правда!
– Зато с драйвом провожу время, – оптимистично добавил Серебров, – и в компании очаровательной спутницы, партнера и моего друга.
– Спасибо тебе, – похлопала его по колену Света. – Я бы одна не справилась. В любом случае я попрощаюсь с этим гадюшником. Давно мечтала, и мечта сбудется. Кое-что подтолкнуло.
Света подобрала мобильник и небрежно забросила его в раскрытую сумочку. Он издал глухой звук, ударившись о косметичку или зеркальце и замер.
– Ты знаешь, по-моему, пора отдохнуть! – широко зевнув, произнесла она, растягивая слова. Света была очень отходчива, быстро приходя в себя от пережитых впечатлений.
Серебров утвердительно кивнул.
– Я не возражаю. Утром мы придем в офис с помятыми заспанными лицами и дадим повод для неуместных слухов.
– А я не против неуместных слухов. Пусть себе ходят ходуном, – после произнесенной фразы она облокотилась на спинку дивана и выпрямила ноги, положив их на колени не успевшего подняться Дениса. – Я посплю, а ты, пожалуйста, охраняй меня!
– Желание прекрасной дамы – закон, – устало произнес Денис. – Я буду твоим сторожевым псом.
– Лучше плюшевым медведем, – добавила Света.
– Но он не внушает доверия.
– А я люблю плюшевых мишек. Они большие и мягкие.
– Хорошо, я твой сторожевой мишка…
– А я пугливая мартышка…
Еще несколько оброненных междометий, и бог Гипнос вступил на трон, окутав сном свое царство…
Утром в инвестиционном отделе клерки суетились взад-вперед по накатанной схеме. Им было невдомек, что пережила Света этой ночью, но она и не собиралась вставать на сцену и делиться впечатлениями. Как обычно угрюмо она сидела за рабочим столом и давила серым карандашом на исписанный белый лист, создавая мрачное облако, готовое превратиться в дырку, причем в буквальном смысле этого слова.
Все знаковые сотрудники были оповещены о предстоящей поездке. Началась планомерная подготовка. Люди суматошно бегали по кабинетам с кипами бумаг, разнося отчеты и сметы. Все торопились завершить бумажную волокиту, чтобы уже не спеша морально представить, что же их ждет на курорте, и как им провести конференцию с пользой, проще говоря, совместить приятное с полезным. Этот вопрос не давал покоя каждому члену ее отдела, кто хоть каким-то образом был причастен к грядущему празднику. Люди умели хорошо трудиться, но они совершенно не умели отдыхать. Вечные трудоголики на пять с плюсом справлялись с любыми поставленными начальством задачами за исключением самой главной задачи, которую начальство бы им никак не поставило, а именно – как воспользоваться уникальным случаем и не провести сочинский уик-энд с портфелем на руках, позабыв про маленькие радости жизни.
Навязчиво тыкая карандашом в одну точку, Света отделилась от коллектива. Ее мозг размышлял не о золотистом пляже и черном море. Он вовсе не размышлял. Света даже не думала, а переживала все то, что с ней приключилось и что приключится в будущем. Она пыталась понять значение подброшенной записки, некий коварный умысел, латентный смысл, и выяснить, почему кто-то так неистово и убежденно считает ее убийцей. Он сам – эфемерный убийца и вдруг наделяет убийством ее.
Непостижимо.
Она? И убийца? Две вещи несовместимые?! Убийца? Расплата? – что причина? Что следствие?
Это просто…
