Вновь в комнату пришла Шикария с несколькими склянками. Она выглядела озабоченной. Голубые волосы привычно взъерошены и убраны от лица очками. Даже не здороваясь с друзьями, она села на диван рядом с Валисией и осторожно размотала её руку. Она почувствовала, как руки подруга напряглись, и она с безразличием посмотрела на свою кожу. На руках тоже появилась чернота.
— Я ведь даже не врач, Сия, — Шикария громко щёлкнула пальцами возле её носа. — Медсестра явно ленится. Пошли в больничное крыло!
Валисия снова перевела взгляд на огонь. «Скорей бы уже всё почернело до конца», — пронеслось в её мыслях. Она только этого и ждала. Относительно лёгкого конца. Шикария что-то прокричала, но она ничего не услышала. Безразличие ко всему захлестнуло её с головой. Различать слова и даже буквы было сложно и неинтересно.
Смерть. Образ, который люди стараются не примерять на себя, боясь накликать беду. То, с чем обычно никто не ассоциирует события в своей жизни. Это слово, которое ставит точку во всём. Что может быть проще, чем взять и закончить всё одним прыжком или, например, глотком яда? Ничего. Но людям всегда страшно узнавать что там, за этой черной пеленой. Ждёт ли их что-то после кончины или их встретит лишь пустота? Ответ на этот вопрос обычно пугает сильнее, чем сама смерть.
Шикария резко повернула голову в сторону балкона. Прилетел Крит, на чьи визиты давно стали закрывать глаза. Он зашёл в дверь, которую теперь не запирали даже на ночь, и отряхнулся, как настоящее животное. Именно это и сказала бы ему Валисия раньше, но сейчас она промолчала. Да и не обратила на него особого внимания.
Мила ушла на дополнительные занятия. Дорога теперь занимала у неё минимум в два раза больше времени из-за фиксаторов на ноге. Но она упрямо шла на занятия, не собираясь терять баллы в личном рейтинге. Влюблённость лишь придавала ей сил. Отношения с Критом дали ей дополнительную мотивацию к учёбе. Ведь исполнить мечту всей жизни с небезразличным человеком, мало кому удавалось.
— Привет! — громко сказал он и подошёл к подругам.
Валисия смотрела на потолок, откинув голову на подушки. Шикария начала активно жестикулировать, показывая ему её руки.
— Она не говорит врачу, что становится хуже. Ты понимаешь, что у неё ткани отмирают, а ей плевать? — её голос дрожал.
Крит нахмурился. Несколько секунд ему потребовалось для принятия решения. Он подхватил Валисию на руки прямо в пижаме, которую она не снимала уже несколько дней, и понёс её в больничное крыло. Шикария быстро следовала за ними, у неё в руках уже был блокнот с заметками, куда она записывала все важные изменения в её состоянии.
Валисия не сопротивлялась. Ей не было до этого никакого дела. Хотя внутри что-то определённо бушевало. Но она не знала, что именно. Ей лишь хотелось, чтобы её оставили в покое.
Шикария злобно что-то бормотала себе под нос. Валисия почти ни слова не разобрала из её тихой тирады, но, честно говоря, она даже не пыталась. Ей было жарко, но жар стал ей привычен. Температура постоянно повышалась, руки и лицо горели огнём, она будто уже становилась драконом. Более болезненным способом, чем рассказывали им на занятиях.
Но кому и какое дело было до боли, когда всё естество требовало прекратить эти душевные муки. Ей больше не хотелось решать чужие проблемы. Пусть даже и двух самых близких для неё людей. Валисия хотела лишь, чтобы всё закончилось как можно скорее. Простое желание и простое исполнение. Ей нужно было лишь решиться.
Она почувствовала на себе чей-то настойчивый взгляд. Отчего-то голова повернулась на этот зов. Её встретили серьёзные и встревоженные золотистые глаза. Ещё совсем недавно этот взгляд что-то означал для неё, но теперь и он стал ей безразличен. Валисия медленно повернула голову и снова уставилась на свои повязки. Никто их не окликнул и не последовал за ними. Крит почти достиг своей цели.
Шикария перестала бормотать, после того, как они неожиданно столкнулись с Уоллесом. Она сильно смутилась, увидев его. Валисия так и не сказала подругам, что именно стало причиной их ссоры. Шикария думала, что у них сложатся крепкие отношения и удивлялась тому, как быстро и резко всё закончилось.
Её усадили на кушетку. Валисии было очень сложно разбирать слова и фразы, поэтому она настойчиво игнорировала все обращения к ней. Шикария говорила вместо неё. Она показывала им раны, объясняла, как давно это начало развиваться, и показывала, откуда именно всё пошло. Шикария передала им блокнот со своими записями и выдохнула, считая, что за дело взялись профессионалы.
Валисия почувствовала множество иголок, воткнувшихся в её тело. Иглы, огонь, вода, чем ещё её собирались мучить? Жизнь всегда преподносила ей сюрпризы. Крики и угрозы расправы, драконы, считающие её шпионкой и нарушительницей, разговор с ректором. Всем от неё что-то было нужно. Даже врачам.
