Она горько вздохнула, ещё раз с грустью посмотрела на капитана и подчинилась. Сделав несколько пробных прыжков, она смогла оттолкнуться от земли. Но оттолкнулась слишком сильно и перелетела через лошадь. Уоллес поймал её за ворот свитера и пододвинул на правильное место.
— Так, отлично! А теперь перекидывайте правую ногу через круп… Быстрее! И садитесь, опираясь на холку.
Валисия очень пыталась двигаться быстрее, но паника не давала ей это сделать. Оказавшись сверху, она ощутила небольшую гордость за себя. Валисия посмотрела на Уоллеса и увидела, что он смотрит на её руки. Рукава впервые задрались так высоко с тех пор, как она выписалась из больничного крыла. Валисия и сама редко могла смотреть на свои новые руки, поэтому прекрасно понимала его реакцию. Она ждала, что он что-нибудь скажет по этому поводу, но он молчал.
— А теперь слазьте и попробуйте полностью сами, я буду только держать лошадь, не больше, — он продолжал смотреть на её руки.
Она застонала, но послушно соскользнула с лошади. Это она сделала с большой готовности, в отличие от очередной попытки запрыгнуть наверх. В следующий раз у неё получилось только с третьего раза. Да и на тот раз она соскользнула сильно вперёд и едва успела перекинуть ногу через круп. Но ей стало так страшно, что она вцепилась в лошадь и руками и ногами, что ей, естественно не понравилось.
— Не надо так делать, — предостерегающе сказал Уоллес.
— О, ну, теперь я, конечно, исправлюсь, — еле ворочая от страха языком, сказала Валисия. — Именно этой фразы мне не хватало для уверенности в себе.
— Я смотрю, у вас развязывается язык, когда вы чувствуете себя небезопасно, — он вдруг отпустил нервничающую лошадь, и она сорвалась с места.
Валисия вскрикнула и практически сразу же оказалась на земле. Уоллес свистнул, и лошадь послушно вернулась к нему. Валисии казалось, что у неё ушиб всего тела, так неудачно она приземлилась. Ей хотелось остаться на этой мёрзлой земле и никогда больше не вставать.
— Поднимайтесь! — приказал он.
Она перекатилась на живот и оскалилась. Ей нужно было принять этот вызов с достоинством. Чем быстрее она освоится, тем скорее её оставят в покое. Валисия с усилием поднялась на ноги и вернулась к занятиям.
Несколько часов она только и делала, что падала. Уоллес принципиально не держал лошадь долго, заставляя Валисию учиться лошадь слушаться именно её. Ей каждый раз хотелось молить о пощаде, но она решила не отступать. К тому моменту, как лошадь от неё устала, она научилась более-менее уверенно сидеть на её спине. И считала это великим достижением.
— На сегодня достаточно, может быть, завтра вы научитесь направлять её вперёд, — он ласково погладил лошадь и увёл её в конюшню.
Валисия устало вздохнула и снова пошла обтираться ледяной водой. Всё тело ломило, ей хотелось просто лечь и не вставать до следующего утра, но нужно было ещё как минимум приготовить еду.
Уоллес помог ей с ужином. Он всё время наблюдал за ней, пока она отводила от него взгляд. Валисия очень устала и хотела побыть одна. Она воспользовалась моментом, когда Уоллес ушёл в свою комнату за какими-то вещами, и сбежала от него в конюшню.
Валисия пришла к своему злейшему врагу. Лошадь отдыхала и игнорировала её. Ей было даже страшно представить, сколько синяков могла заработать в детстве. Она вспомнила характер своих родителей и вздрогнула. Они бы точно добавили ей синяков, возмущённые её сложностями. Это сейчас она вполне подготовленный и взрослый человек в неплохой физической форме. Ребёнком она была достаточно слабым и болезненным. Первые годы жизни ей всё давалось очень сложно, и, с какой-то точки зрения, она даже была благодарна родителям за учёбу в академии.
Она легла на сено и закрыла глаза. Жизнь удивляла её всё больше и больше. Валисия задумалась о своём будущем. Куда она отправится, когда убедится, что с её друзьями всё в порядке? Сможет ли она смириться с их разлукой? Ведь они больше никогда не смогут собраться все вместе для обсуждения всего на свете.
В горле запершило, глаза защипало. Слёзы едва успели выступить наружу, когда её страдания прервал резкий голос.
— Откуда у вас эти шрамы?
Она открыла глаза. Валисия как-то умудрилась не услышать и не ощутить приближение дракона. Хотя сейчас могла чётко осознать, что воздух в конюшне стал намного теплее.
— Почему вы спрашиваете? — ей не хотелось говорить об этом.
— Недавно ваш друг нёс вас на руках в сторону больничного крыла. Вы были сами на себя не похожи. Я не видел вас и ничего не слышал о вас очень долго. Пока во время поездки в Ниршах не услышал от совершенно незнакомой с виду девушки ваш голос и неповторимое произношение. Ваша кожа была темнее, на волосах до сих пор остались коричневые пятна, вы были одеты как типичная туристка. Вы сбежали от меня, оказались Чешуйчатый знает где, даже ваши друзья ничего не могли сказать мне. И вот, вы совершенно спокойно возвращаетесь в общежитие посреди ночи и отказываетесь говорить! — у него даже сбилось дыхание от быстрого монолога.
