Аглая удивилась той легкости, которую ощутила. Она не хотела, чтобы из-за ее решения страдала Николетта. Она казалась милой и доброй девушкой. Вполне достойной выиграть сказочный подарок, который им обещали. Но Николетта, кажется, была счастлива. Аглая не видела фальши и наигранности. Хотя, последние дни показали, что она совершенно не разбирается в людях.
Она взялась за один из мешков и едва не застонала.
— Вы что, камней сюда натолкали?
Берта совсем по-девчачьи хихикнула и подмигнула:
— Да.
— Позвольте. — Бертран отобрал у нее мешок. — Тяжести несем мы с господином Йелеком. А вы с юной леди и моей старушкой возьмите все, что осталось.
Они быстро распределили мешки, которых оказалось не так и много.
Шутя и подзадоривая друг друга неожиданно веселой компанией они двинулись обратно крепость. У Аглаи как будто груз с души упал. Она еще никогда не чувствовала себя так спокойно. Словно и вправду возвращалась домой.
Даже с поклажей дойти оказалось легко. Лишь у ворот крепости Аглая начала ощущать усталость. Она была возбуждена завязавшимся в дороге разговором и почти не ощущала, как ноют ноги и слегка тянет боль в натруженных руках.
Разговорчивая Николетта легко нашла общий язык с семьей стариков. В дороге они принялись обсуждать предстоящую Ночь Личин, и Аглая с жадностью ловила каждое слово. Сначала она не особо прислушивалась к беседе. Потом решила быть внимательнее — мало ли что важного они скажут. А вскоре уже и сама заразилась духом праздника, немного позабыв о том, в какой передряге оказалась.
Ведьмы, вроде бы не прятались за каждым поворотом. Возле виселицы не ждал готовый казнить ее палач, а люди не тыкали в нее пальцем и не кричали «Сжечь ведьму!»
Можно было забыться и позволить себе помечтать о празднике. Аглая расслабилась, представляя себя одной из дев, явившихся под личиной — особой маской. Интересно, Дамазы ее узнал бы? Конечно, узнал бы — ее фигуру никаким плащом не скрыть. Но ведь есть еще и аромат тела. Он бы точно ее ни с кем не перепутал.
Но захотел бы праздновать он? Он не казался любителем веселья и маскарадов.
Аглаю окутала грусть. Думая о нем, она превращалась в мечтательную девчонку, словно впервые влюбившуюся. Но так и было: она полюбила. Впервые. Навсегда.
Осознание этого накрыло остро и больно. Ей как будто кислород перекрыли. Стало трудно дышать, и глаза немного защипало от слез. Она любит… Любит принца. Жестокого. Но такого притягательного. Даже его горькие обидные слова о ней не могли выдавить из груди чувство необходимости. Необходимости быть с ним.
В темном небе сверкнула молния.
Аглая опомнилась, лишь когда Николетта громко воскликнула:
— Хоть бы успеть до дождя!
Йелек обернулся и странным взглядом посмотрела на Аглаю. Словно… словно знал, что причина вспышки в ней. На теле выступил холодный пот. Аглая постаралась отогнать от себя эти мысли. Да ну, откуда он может знать…
— Успеем. Давайте скорее за мной. — Он повел их к воротам перед замком, откуда совсем недавно они начинали свой путь.
— Идемте в замок. — Аглая собиралась повернуть к нужной тропинке, но Йелек упорно вел их за собой.
— Сначала я должен доложить, что с вами все в порядке.
Оставалось лишь последовать за ним. Кому он собрался докладывать, Аглая не знала, но вдруг отчетливо услышала взбудораженный гомон голосов. Йелек спешил к внутреннему двору, где проходило Испытание рунами. Сумерки отступали, и надвигалась темнота. Ничего не было видно, но гул слышался все отчетливее.
— Ну вот, теперь наш позор увидят все. — Голос Николетты дрожал и срывался. — А нельзя доложить, что с нами ничего не случилось, не при всех?
— Нет. — Йелек оставался непреклонен и даже не сбавил шагу.
Аглая поравнялась с Николеттой:
— Не переживайте, леди Николетта. Зато только мы с вами сможем танцевать на празднике.
— Почему?
— Потом что все остальные Невесты не смогут и ногой пошевелить после перетаскивания песка, камней и еще неизвестно чего.
Николетта немного нервно рассмеялась.
— Просто… мне бы не хотелось позориться при всех. Там ведь столько народа собралось… По голосам слышно…
— Ну с чего вы взяли, что это позор? Кто-то ведь должен был проиграть и прийти последним.
— Но мы вообще не прошли испытание.
— Зато у нас будут лучшие во всем Фьорире Личины.
— Что верно, то верно. — К разговору присоединилась и Берта. — Я уж для вас расстараюсь, милые леди. Во всем Дамгере таких будет не сыскать…
Аглая улыбнулась, гадая, а доведется ли ей погулять на празднике:
— Спасибо, госпожа Берта.
— Это вам спасибо, красавицы. Не оставили нас с моим стариком в беде.
Эти слова потонули в оглушающем крике толпы. Стоило войти в ворота, как послышались довольные возгласы.
— Ну, наконец-то! Сколько можно ждать! Последние.
Николетта вмиг сникла. А Аглая, наоборот, высоко задрала подбородок, выпрямила спину и гордо прошла за Йелеком.
