Я же была возмущена подобным сводничеством до глубины души. В конце концов, у меня мало шансов занять почётное место рядом с таким мужчиной. Мне по статусу не положено, он инквизитор, а я ведьма.
Закончив возмущаться, я подошла ближе к двери. Она была добротной и выглядела так, как будто может выдержать натиск дюжины вооружённых до зубов воинов.
Я осторожно постучала в дверь, ожидая ответа. Через некоторое время из кабинета послышалось тихое "войдите", и я рискнула войти. Кто же знает, что меня ждёт во время этой беседы.
Пройдя небольшой тамбур, который предшествовал основному помещению кабинета, я увидела в приоткрытую дверь Даниеля. Он сидел за своим огромным столом и что-то читал. Лицо его выражало крайнюю степень задумчивости, не было и тени улыбки.
Я подошла ближе к проёму и как завороженная наблюдала за мужчиной. Сейчас он излучал силу, уверенность в себе и своём деле, приятно быть рядом с таким человеком. Я уже даже и забыла, что он инквизитор с некромантским даром.
— Проходи, пожалуйста, располагайся. Я скоро закончу, буквально через пять минут… А ты пока можешь посмотреть мою коллекцию книг. — он поднял на меня глаза и улыбнулся. Я же хлопнула в ладоши от радости и помчалась к шкафам изучать их содержимое.
Здесь были и книги по некромантии, что не удивительно, и художественная литература, но полка, отведенная ведьминскому собранию, меня поразила. Не ожидала я встретить такого богатства у инквизитора в кабинете.
Пока я доставала фолианты и гладила их по обложкам, любуясь иллюстрациями и надписями, за мной наглым образом наблюдали.
Я обернулась и столкнулась с внимательным взглядом зелёных глаз.
— Не отвлекайся, мне так нравится наблюдать, как трепетно ты относишься к книгам. — он переложил свою голову на сложенные в замок руки.
— Но не для этого же ты позвал меня сюда, да? — вопрос прозвучал немного резко и грубовато, но сказанного не воротишь.
Лорд лишь молча пригласил меня в гостевую зону кабинета, а сам стал собирать важные бумажки на столе в одну стопочку.
Как только мы сели в кресла, начался серьёзный разговор.
— Розалин, пожалуйста, прости меня за мою необдуманность и глупость. — начал лорд. — Я не должен был говорить тебе тогда эти слова…
— Но хотел, раз сказал. — что-то тёмное и неприятное всколыхнулось в душе. Ведь в каждой ведьме живёт и плохое, и хорошее. И к какому чувству мы обращаемся чаще, то и укрепляется в нашей душе. Я в свое время по настоянию матери обратилась к свету, училась прощать и сострадать, а кто-то, например, как Сильвия, к тьме, там только горе и разруха. Поэтому не существует злых или добрых ведьм, в каждой живёт и то, и то, и только нам выбирать, на чей мы стороне.
— Розалин, прости. Я правда не хотел говорить ничего подобного. Мне противно даже от самого себя, когда я вспоминаю о тех словах. — видно было, что Даниель и вправду раскаивается.
— Хорошо, спасибо, что принёс извинения. Честно говоря, я была не в восторге, услышав такие слова. — я поднялась с кресла. — На этом наш разговор подошёл к концу? Я могу идти?
Даниель поднялся со своего места, и мы оказались лицом к лицу. Слишком близко. От него был слабый запах моего аромата, мне неимоверно льстило, что он пользуется им. Да и сам запах очень подходил хозяину. Я непроизвольно стала приближаться к нему, чтобы ощутить нотки аромата ярче.
Даниель наклонился ближе и нежно коснулся своими губами моих. Во мне будто разорвался фейерверк тысячами огней, будто плотина, долго державшая воду, порвалась, когда его губы увереннее коснулись моих.
Я испугалась этого чувства, и разорвав поцелуй, убежала куда глаза глядят.
Я, к сожалению, знаю, как заканчиваются истории любви между ведьмой и инквизитором, не хочу такой участи ни себе, ни ему.
Даниель
Я стял ещё, наверное, минут пять и смотрел на дверь… Разочарованный её побегом со сладким послевкусием губ этой милой ведьмочки…
Не понимаю, почему Розалин сбежала. Я её обидел? Что-то сделал не так? Как же сложно понять этих женщин!
Раньше не было никаких завоеваний и подарков, знаков внимания, женщины вешались на меня по щелчку пальцев и менялись как перчатки. А теперь я не понимаю, что делать, если она то отталкивает меня, то тянется обратно.
Даниель сидел в своём кабинете и думал, очень долго думал, что же теперь делать… Его руки покоились в волосах, испортив идеально причесанные волосы. На лице отражалось непонимание и отчаяние. Розалин манила его не как особь женского пола, если можно так сказать, а как личность, как отличный собеседник, как возможный партнёр по жизни. Она была глотком свежести в этом болоте, состоящим из постоянного флирта на одну ночь и работы.
Что-то в груди жгло и не давало забыться ни в работе, ни в алкоголе. После того, как молодая девушка стремительно убежала из его кабинета, он пытался и работать, и пить, но результата это не принесло. Мысли опять возвращались к тому поцелую. А хотела ли она того же..?
Вот так он и остался спать: в своём кожаном кресле в кабинете с разбросанными бумагами и больной душой.
Розалин
