– А во – вторых, мне было забавно наблюдать за вами, – ответил Хареон. – И это еще мягко сказано. Да меня чуть от смеха на тысячи паучков не разорвало, когда ты просила у Инвара ходатайствовать за тебя перед императором! Нет, ты представляешь? Это было так мило и непосредственно, что я едва не прослезился.
Если честно, это было выше моих сил: представить Хареона плачущим. Даже мое неуемное воображение не сумело справиться с этим заданием.
– Ты знаешь, кто оказался главным злодеем? – спросила я, стремясь переменить тему и подвести разговор к нужному.
– Злодейкой, ты хотела сказать, – уточнил Хареон. – Тени уже донесли мне. Леонора… Она всегда мне нравилась.
Нравилась?
Я скептически хмыкнула. Впрочем, чему я удивляюсь? Было бы смешно ожидать чего – либо иного от порождения мрака. Понятное дело, Хареону нравится Леонора. Она ведь занимается темным колдовством и убивает людей.
– Но сейчас Леонора угрожает Инвару, поэтому я буду рад, когда ее остановят, – чуть погрустневшим голосом продолжил Хареон.
– Ты ведь с ней много общался, – скорее, утвердительно, чем вопросительно протянула я. – Она тоже готовилась к поступлению в академию и наверняка проводила много времени в библиотеке.
– Много, – не стал отпираться Хареон. – Я ведь уже сказал, что она мне нравилась. Пожалуй, даже больше, чем ты. В ней была такая железная целеустремленность, что мне оставалось лишь восхищаться. Все – таки в тебе такого нет, хотя ты тоже упрямая. Но ради достижения цели ты по головам не пойдешь. А она пошла бы, не задумываясь.
– Как ты думаешь, почему она вернулась? – спросила я.
– Власть. – В голосе Хареона послышалась усмешка. – Если ты посвящаешь себя служению тьме, то именно власть становится для тебя самой вожделенной целью. Много лет назад Леонора сглупила, отказавшись от предложения Инвара. Точнее сказать, она и не могла на него ответить, потому что не преодолела бы брачный ритуал. Она сбежала, убедив себя, что всего добьется и сама. Но нет. Леонора ошибалась. Ей надлежало остаться и стать пусть не женой, но хотя бы фавориткой Инвара. Сейчас она осознала свой промах и желает исправить его.
– Но она все равно не сумеет стать супругой Инвара, – возразила я. – Брачный ритуал…
– Насколько я понял, за эти годы Леонора преуспела в чарах иллюзии, – перебил меня Хареон. – Она ведь прошла этап конкурса, связанный с камнем Богини. Точнее сказать, вряд ли именно она его прошла. Скорее, создала на редкость умелую имитацию. Или же подкупила кого – нибудь из конкурсанток и придала ей свой облик. Не суть важно. Это же возможно провернуть и на свадьбе.
Иллюзии, опять иллюзии. Честное слово, я даже немного завидую Леоноре. Мой магический дар по сравнению с ее далеко не такой зрелищный и полезный.
– И все равно не понимаю. – Я пожала плечами. – Зачем Леонора убивает конкурсанток? Неужели она думает, что тем самым завоюет сердце Инвара?
– А ты еще не поняла? – Хареон негромко хихикнул. – По – моему, ответ лежит на поверхности.
Я угрюмо вздохнула. В таком случае, я этот ответ не вижу в упор. И почему бы Хареону не помочь мне немного? Я ведь не виновата, что не такая сообразительная, как он.
– Шиара, давай рассуждать логически, – с насмешкой продолжил Хареон. – Леонора намеренно устранила лишь Мирайю, которую прежде и завлекла на конкурс. Второе убийство вышло случайным. После все покушения были направлены лишь на одну девушку, то бишь, на тебя.
– И какие выводы я должна из этого сделать? – хмуро осведомилась я.
– Но это же очевидно! – воскликнул Хареон, пораженный моей недогадливостью. – Ты наверняка в курсе, какого рода отношения связывали Инвара и Мирайю. – Сделал паузу и неуверенно переспросил: – Или я сболтнул сейчас тайну? В таком случае не выдавай меня Инвару! А то он с меня шкуру спустит.
– Нет – нет, я знаю, что Мирайя была его фавориткой, – поторопилась успокоить я Хареона.
– Не просто фавориткой, – поправил меня он. – Их отношениям был не один год. И многие всерьез полагали, будто Инвар проводит отборы по традиции, но не делает выбора именно потому, что его сердце уже занято Мирайей.
– Вот как? – медленно протянула я.
Странно. Я и не думала, что Мирайя была настолько близка императору. Стоит признать, что в таком случае Инвар прекрасно владеет своими эмоциями. Потому как он не показался мне сильно расстроенным после обнаружения тела Мирайи.
– Так их связь выглядела в глазах окружающих, – продолжил в этот момент Хареон. – Пожалуй, только Эван и я знали, что в действительности их отношения были скорее приятельскими, но не любовными. Таким образом Инвар ограждал себя от чрезмерного навязчивого внимания прочих девиц, жаждущих угодить в его постель. А Мирайя получила все прочие привилегии, связанные со статусом фаворитки. Она была достаточно умна, чтобы не требовать большего и не надоедать Инвару своей компанией. – Сделал паузу и вкрадчиво поинтересовался: – Ну что, никакой догадки в голове не забрезжило?
– То есть, Леонора убила Мирайю, потому что сочла ее слишком опасной, – подытожила я. – Грубо говоря, пыталась освободить сердце Инвара.
