Через секунды я выбегаю из комнаты, а после и из дома, двигаясь в том направлении, где находится жилье Кларка.
В груди есть глупая надежда, она так мала, но всё равно хочу, чтобы я ошиблась. Возможно, что-то просто не поняла или упустила…
Не помню, как добираюсь до дома, в котором проживает Кларк и в котором бывала лишь однажды. Меня уже всю трясет, когда поднимаюсь по ступенькам, потому что его комната тоже находится на втором этаже.
Остановившись напротив двери, стучу, надеясь, что сейчас мама откроет дверь и… Что? Скажет, что это шутка?
Мне никто не открывает даже спустя десять минут. Мимо проходит соседка, которая выгибает бровь, когда я продолжаю стучать.
– Там никого нет. Кларк же уехал вчера, – говорит женщина.
– Куда? – шепчу я, а она смотрит на меня, как на дуру.
– Так он ещё давно записался к этим самоубийцам… и подружку свою уговорил с ним отправится в поисках лучшей жизни. Глупые, что их тут не…
Более я не слышу, что она говорит, лишь отступаю к стене и сползаю по ней вниз.
Мне нечем дышать. Чувствую, как по щеке скатывается одинокая слеза.
– … эй, с тобой всё в порядке? – женщина подошла ко мне и пытается привлечь внимание.
– Как давно?
– Что?
– Как давно Кларк записался в самоубийцы? – не узнаю собственный голос.
– Не знаю, но точно больше четырех месяцев назад, ему нужно было предупредить на работе, чтобы…
Четыре месяца.
Она врала нам в лицо с Тоби четыре месяца.
Мне нечем дышать. Хочу сделать вдох, но не могу!
– Боже, да что с тобой происходит? Позвать помощь? – похоже, это заметила и эта женщина.
Я лишь качаю головой и отмахиваюсь от её руки, когда она хочет помочь, чтобы следом выбежать отсюда и попытаться сделать очередной вдох на улице.
Перед глазами всё кружится и мне даже кажется, что я сейчас просто свалюсь с ног, но они продолжают держать меня.
Что такое со мной происходит?
Рукой облокачиваюсь о стену дома и прикрываю глаза, а другой рукой хватаюсь за сердце. Сейчас его хочется вырвать из собственной груди.
Сжимаю губы и заставляю свой организм сделать вдох, который будто бы разрывает меня изнутри.
Я двигаюсь обратно, по направлению к дому, осознавая
Мама оставила нас с Тоби и уехала с Кларком. Бросила, как однажды сделал это отец. Помимо этого, она украла у собственных детей кафоликон, и оставила граммы, дозировки которого нам просто не хватит до следующей зарплаты… Мы либо умрем, либо станем пожирателями.
Я иду, не разбирая дороги, даже не уверенная в том, что двигаюсь в нужном направлении.
Как она могла? Каждый шаг, каждое слово, сказанное ею… всё было ложью.
Слёзы текут по моим щекам, я замечаю это только тогда, когда они падают на одежду.
Я падаю на землю, спотыкаясь, и мне хочется закричать от всех тех чувств, что разрывают на части. Но могу лишь обессиленно сжимать пальцами сухую землю.
Вдох и выдох.
Не могу собраться и даже встать, ведь слышу, как начинают переговариваться люди, глядя на меня.
Свет от солнца кто-то загораживает тенью. Ко мне даже обращаются, но я никак не реагирую. Мне всё равно.
Через секунды тень исчезает, но на её месте появляется новая. Еще спустя секунды моих плеч касаются теплые руки, заставляя обратить внимание.
– Эйвери?
Смотрю на Маршалла и встаю, когда он помогает подняться, всё ещё держа меня за плечи, будто я снова упаду.
Отсутствующим взглядом смотрю на двух парней рядом с ним, тоже военных, которые слегка хмурятся.
– Эйвери, ты слышишь меня? – вновь гляжу на него. – Что случилось?
– … она бросила нас, – слова вырываются шепотом, – и украла кафоликон…
– Кто? – Маршалл хмурится, потому что не понимает мой бессвязный бред.
– Мама… она уехала и украла кафоликон… бросила меня и Тоби…
Маршалл говорит двум парням, чтобы они оставили нас, а сам берет меня за руку и куда-то ведет.
Вскоре мы оказываемся в жилой комнате, на пространство которой я даже не обратила внимание.
Он усаживает меня на край кровати, сам уходит, но чтобы уже через несколько секунд появиться со стаканом воды, протягивая его мне.
– Выпей.
Пью, даже не задумываясь, что там может быть что-то ещё, но это и правда просто вода.
Мы оба молчим, и я просто смотрю в одну точку. Маршалл ничего не спрашивает, но я и не знаю, что ему сказать, да и зачем. Он практически незнакомец для меня.
– Твоя мама уехала, записавшись к самоубийцам?
Киваю.
– Вместе со своим парнем. Кларком.
– Про какой украденный кафоликон ты говорила?
– Мы с братом и с мамой собирали запасы, чтобы… – осекаюсь, а после всё же решаюсь сказать, как есть. Более мне нечего терять. – Чтобы чуть позже мы смогли покинуть пределы Архейнхола.
Парень кивает, но более ничего не говорит.
Что я скажу Тоби? Этот вопрос застревает в моих мыслях. Как я ему расскажу, что мама бросила нас здесь? Эти слова крутятся у меня в голове, как сломанный механизм.
Где раздобыть кафоликон?
– Она оставила хоть что-то? Лекарство?
