Боже милостивый, что он хотел этим сказать? Что у меня не осталось никакого выбора? Едва ли я могу находиться в обществе мистера Квомби и миссис Мэдкрофт после того, как ее поклонник выразил желание жениться на мне. Выйти замуж за мистера Квомби? Жизнь с ним была бы невыносима.
Я выпрямилась и решительно подняла голову.
— Если вы собираетесь выслушать мой полный отчет о случае лунатизма прошлой ночью, то…. — начала я.
— Не стоит, не стоит, — протестующе поднял руку Эдмонд.
— То вы будете полностью разочарованы его содержанием, — закончила я, намеренно игнорируя его протест.
При этом я подумала, что он, конечно, может оставить меня в Эбби Хаус, но жить мне здесь будет очень трудно.
— Что за чепуха! — как мне показалось» искренне возмутился Эдмонд. — То, что случилось прошлой ночью, никого не касается, кроме нас. Я не собираюсь никому и ничего объяснять по этому поводу.
— Что же тогда обсуждать? — изумилась я в свою очередь. — Вы приказали мне уехать, и я собираюсь это сделать.
Я смотрела на него в совершенном недоумении.
— Приказал!? — не сдержался Эдмонд от восклицания. — Я сказал только, что вы должны покинуть этот дом в целях вашей безопасности.
У меня подкосились ноги, и мне пришлось прислониться к перилам. Он беспокоится обо мне? Означает ли это то, что он не презирает меня за мой поступок? А, может быть, еще и испытывает что-то ко мне? Или он делает добро только потому, что обещал мне полную безопасность до тех пор, пока я нахожусь под его крышей. Скорее всего, просто из гордости. Последнее предположение показалось мне наиболее вероятным, но оно не объясняло отказа Эдмонда отпустить меня жить у мистера Спенсера.
Бессонная ночь. Страх за свое будущее. Предложение мистера Квомби. Отчаяние и проблески надежды в отношениях с Эдмондом. Все это оказалось для меня более чем достаточным. Мои пальцы помимо моей воли выпустили перила.
— Эдмонд, — пробормотала я. — Я… я… Он перепрыгнул через две ступеньки и обнял меня за талию.
— Я думаю, нам лучше пройти в мой кабинет, — донеслось до меня откуда-то издалека. — Мы сможем поговорить там наедине.
Мы прошли через холл в его кабинет. Эдмонд плотно закрыл дверь, так что теперь сюда не проникал ни единый звук. Из столового зала плыл аромат свежеиспеченных булочек и жаркого из барашки. Оттуда неслись обрывки разговора и звонкий смех Фанни. Беззаботная, веселая Фанни была просто счастлива. Для ликования у нее имелись, по крайней мере, две причины: отсутствие Эдмонда и присутствие мистера Спенсера.
Но это все было там, за дверью кабинета. А здесь стояла тишина. Эдмонд провел меня к тому самому креслу эпохи короля Иакова I, в котором я однажды сидела. Сегодня оно показалось мне особенно удобным. Может быть, потому, что подо мной лежала тонкая мягкая подушка, а может быть, потому, что Эдмонд нежно поддерживал меня всю дорогу от лестницы до кабинета. Я не могла не чувствовать исходящую от него сердечную теплоту. Если только это мне не показалось. Неужели я выдала желаемое за действительное? Нет, нет, конечно же, от него распространялись волны теплоты и нежности.
И мне так приятно было принимать от него маленькие знаки внимания. Я охотно позволила ему поставить к креслу стульчик и положить на него мои ноги. С высоты своего роста он посмотрел на меня и пронизанная внутренним светом улыбка осветила его лицо.
— Кажется, я не похожа на больную, чтобы обо мне так заботиться, — заметила я, радостно улыбаясь ему в ответ.
Честно говоря, в эти минуты я чувствовала себя не больной, а шарлатанкой. Та слабость, которая так внезапно охватила меня на лестнице, теперь вдруг так же внезапно прошла. Я сама не могла ничего понять. Только в одном не сомневалась, я не притворялась, я не добивалась от Эдмонда внимания таким путем.
Эдмонд почесывал свой подбородок и внимательно рассматривал мое лицо. Не знаю, что он на нем искал, что видел. Я, в свою очередь, откинув голову, стала рассматривать его лицо. Я точно знала, что искала. Мне хотелось найти подтверждение искренности его последних высказываний. Хотелось заглянуть в глубину его серых глаз, проникнуть до самой души. Убедиться бы, что теплота его слов не случайна, что исходящие от него волны сердечной теплоты тоже не случайны, что оказываемые мне знаки внимания, не дань хорошим манерам.
Я хотела убедиться, что есть в нем источник нежности и теплоты, что он надежный.
Увы, все, что я обнаружила, так это лишь теплый взгляд его глаз. Немного. Но, может быть, мне просто не удалось преодолеть какой-то неведомый мне барьер, может быть, я не смогла открыть какую-то неизвестную мне дверь. Наверное, всему свое время. Не нужно торопить его и напрасно волноваться. Надо набраться терпения, женской мудрости и ждать.