Я посмотрела на Келлана, который качал головой: Эван только что бросил карты, сдаваясь. Понимал ли он, что тот матрас был разлучником в шестой степени? Он, разумеется, знал, что все мы успели позаниматься сексом на той кровати, но вряд ли особо задумывался над этим фактом. В его собственной постели перебывала куча девчонок, и наши с ним занятия любовью в ней меня не напрягали – так почему я разгорячилась из-за его приключений на своей старой кровати? Нет, не так. Наверное, дело было в понимании того, что одним матрасом пользовались Келлан и Денни. Каких бы ужасных вещей я ни натворила, я никогда не пересекала черту и не звала Келлана в нашу с Денни постель. Черта эта, само собой, была условной, но все же существовала.
Запретив себе представлять, как Келлан удовлетворяет кого-то на нашей с Денни постели, я переключила внимание на сестру.
– Фотки размытые – как ты можешь судить, моя это комната или нет? – Прищурившись, я мгновенно нашла очевидный ответ. – Ты видела порнофильм с Келланом?
Анна отмахнулась:
– Ты же сама велела, забыла уже? – Наманикюренный ноготь ткнулся в участок над сердцем. – И ты была права, татуировки нет.
Я хотела разозлиться, но мне и правда пришлось попросить всех друзей прокрутить запись, чтобы те убедились наверняка, что там не Сиенна. Я просто не подумала, что они действительно посмотрят ее. Мне казалось, что им хватит моего решительного заявления о верности Келлана, они поверят мне на слово и не станут изучать идиотский ролик. Надо было лучше соображать – по крайней мере, когда речь зашла об Анне. Она, скорее всего, запаслась попкорном и жадно любовалась Келланом в действии. Я безнадежно приуныла.
– Да ладно тебе! – Сестра поджала губы. – Ты и сама бы прилипла к экрану, если бы не жила с секс-символом. Круто же!
– Анна! – Я шлепнула ее по руке. – Не желаю слушать эту ерунду!
– Прости, но сама посмотри! – Она состроила виноватую мину.
Она махнула рукой в направлении секс-символа, и мы обе развернулись к Келлану. Это синхронное движение привлекло его внимание, и он взглянул на нас, не понимая толком, развеселиться или нет. «Что?» – спросил он одними губами с таким видом, будто мир застиг его за кражей сластей.
– Где бы он ни снялся, сенсация обеспечена, – буркнула Анна, не сводя с него глаз. Не отвечая Келлану, я перевела взгляд на сестру. Та, похотливо улыбаясь, продолжила: – А если бы с ним снялась ты, компьютер мог бы расплавиться.
Тут мое раздражение улетучилось, и я прыснула. Когда мы снова посмотрели на Келлана, тот так и таращился на нас в полном недоумении. Мы покатились со смеху. Неужели меня распотешила перспектива того, что наше с Келланом порновидео окажется круче, чем у него с Джоуи? Моя жизнь превратилась в сплошной сюр. И как я прозевала?
Когда мы прибыли на место, наше веселье успело улечься. Анна захлопнула ноутбук и наконец-то вернула его мне. Я прислушивалась к автобусным скрипам и скрежету, Анна же вдруг заговорила серьезно:
– Ты с мамой в последнее время не общалась?
В вопросе угадывалась искренняя тревога, и у меня забилось сердце. Что стряслось с мамой? Когда-то у нее был рак, она излечилась, прошли годы – вдруг он вернулся? Но нет, папа мне обязательно позвонил бы. И несколько дней назад, когда мы беседовали, она не была ничем расстроена.
– Недавно разговаривала, а что?
Выражение лица Анны мне не понравилось, и я закусила губу.
– Позвони ей немедленно. – Я уже приготовилась мчаться в хвост автобуса за телефоном, когда Анна добавила: – Поскольку до свадьбы чуть больше месяца, а ты, сумасшедшая, повесила на нее хлопоты обо всем, она подобрала тебе платье. Прислала мне фото. – Анна в отвращении скривилась.
Полностью расслабившись, я откинулась на спинку. Ладно, с брачными перипетиями я как-нибудь справлюсь. Я рассмеялась, и в ту же секунду заскулили тормоза.
– Анна, я уверена, что платье отличное.
– Нет, ты еще не видела. – Сестра подалась ко мне с напряженным лицом. – Там рукава-фонарики, Кира. Рукава-фонарики. Ты обязана вмешаться, живее!
Я вздохнула. В пути я мало что могла сделать. И мне совсем не хотелось спешно лететь домой и оспаривать мамин выбор. Конечно, я была не в восторге от рукавов-фонариков, но церемония и задумывалась как торжество сугубо для мамы, а потому какая разница, что мне надевать? Никакой. Меня беспокоил лишь Келлан. Все остальное казалось неважным.
– Жду не дождусь взглянуть, какое платье она выберет для тебя, подружка невесты! – ухмыльнувшись, парировала я.
Анна просияла, довольная тем, что я наделила ее высшими свадебными полномочиями, а затем приуныла:
– Черт побери! Она не посмеет…
Я смотрела спокойно и улыбалась ровно. Еще как посмеет. Держась за живот, Анна выскочила из-за стола и понеслась в конец автобуса, дабы уведомить маму, что не потерпит никакой тафты.
