Разумеется, он иронизирует! Какая я, к черту, мамочка. У нас разница всего шесть лет. Ох, как же быстро я капитулирую, апеллируя понятиями. В клубе я посчитала его ужасно молодым для меня, а теперь думаю “Шесть лет?” Ах, какой пустячок незначительный!”
Но его словечки и взгляды подстегивают меня. Они бьют прямо в сердце, словно раскаленная молния, распространяются по крови, как вирус. Между ног все горит от его поцелуев, пульсирует жадно, требуя добавки.
Его обращения ко мне кажутся немного пошлыми и чуть-чуть грязными, но из его пухлых губ эти слова звучат невероятно сексуально. Порочно, но невероятно прекрасно и так правильно…
Черт побери, я словно взлетаю каждый раз, когда он меня целует взасос, проводит губами по лепесткам и вонзается в самую мякоть. Чудовищно хорошо делая это, покусывая меня там…
Это лучшее, что я чувствовала в сексе.
Ни с чем не сравнимое удовольствие.
А ведь он только начал…
— Тебе нравится, правда? — спрашивает он севшим голосом с порыкивающими интонациями. — Я чувствую, как часто ты дышишь и течешь обильно и сладко.
— Разве по реакции незаметно?
— Я хочу, чтобы ты говорила. Говорила, как тебе это нравится.
— Мальчишке нужна похвала? — закатываю глаза от смеха, а потом не могу не закатить их от удовольствия и не стонать, как кошка.
Потому что он начал лизать. Медленно, неспешно, проникая глубже и высовывая язык, снова по кругу облизывая и толкаясь уверенно.
— Мне нужно, чтобы ты говорила! И черт меня дери, я заставлю тебя говорить, как тебе это нравится. Нравится, все, что я с тобой делаю сейчас… А от того, что только планирую сделать, ты будешь вообще без ума! — заявляет самоуверенно.
— Да-да, продолжай! Просто продолжай!
— Конкретнее? — требует ненасытный.
— Мне нравится это…
— Давай, мамочка… С виду ты выглядишь, как та, что училась на пятерки, и правильно изъясняется. У такой точно в запасе найдется куча красивых слов для описаний!
— Ммм… Еще немного, вот так… Да… Ах… Глубже. Быстрее… Вооот… Дааа… Идеально. Боже… Идеально! Продолжай!
Он замедляется и трогает меня пальцами, поглаживая по кругу.
— Скажи, как тебе было хорошо.
Я смотрю на него сверху вниз возмущенно.
— Хорошо настолько, что ты заслужил медаль. В золотистой обертке.
— Шоколадная медалька?! Я рассчитывал на полноценный завтрак, приготовленный твоими руками! — заявляет он, нежно-нежно растирая дырочку по самой грани.
— Завтрак? Хмм…
Я продолжаю себя трогать, постанываю громко, когда мои пальцы скользят по горячему влажному теплу смазки, покрывающей возбужденную плоть.
Ужасно мокрая, Айя… Такая мокрая, что капает из щели и стекает на комод.
Тарас крепче хватается пальцами свободной руки за мое колено и наблюдает, не отрываясь. Смотрит… Его палец, поглаживающий влажные лепестки, ускоряется, и я стону чаще.
Он застывает.
— Говори!
Мне хватает сил, чтобы пошутить:
— На завтрак ты еще не нализал, мальчишка!
— Не нализал, значит!
Его взгляд темнеет.
— Что ж, тогда убери свои руки. Я покажу тебе, что такое настоящее удовольствие. Тогда с тебя завтрак, обед и ужин…
— И минет на десерт?
— Ты сама это предложила, Ма…
— Только после справки! — шиплю.
Он резко отбивает мою руку в сторону, фиксирует запястье и обсасывает мои пальцы в соку, берет в рот каждый из них, смакуя.
— Приготовься кончать…
Хочется сказать, что я всегда готова, но когда он берет меня в рот, я понимаю, что это не так. К такому я точно была не готова…
Глава 7
Айя
Его горячее дыхание опаляет меня, дрожь становится невыносимой.
Когда его губы и язык касаются меня, совсем не жалея, не щадя, я едва не падаю спиной назад от напора.
Он начинает ласкать меня по кругу, таранит дырочку языком, проникает глубоко внутрь, так максимально глубоко.
О черт… Мои легкие — просто на разрыв от частых стоно.
Потом он мучительно медленно покручивает-покручивает языком там, ускоряясь. Я выкрикиваю его имя, крепче держась за волосы, теснее вбиваясь в рот парня киской.
— Бесстыжая мамочка и такая голодная, — хрипит едва разборчиво. — Я сейчас спущу, если не возьму в кулак… Ты такая вкусная, — облизывается и снова припадает ко мне.
Он придерживает меня за бедро одной рукой. Пальцами свободной руки расстегивает ширинку. Не сводит с меня своего темного, порочного взгляда.
Гипнотизирует, продолжая меня лизать и смаковать губами.
— Идеальная, — стонет едва слышно.
Потом он прокладывает дорожку языком выше, напористо касается клитора. Он прижимается ко мне всем ртом, кружит кончиком языка около напряженной плоти, сокращая спирали.
Бьет меня им снова и снова по напряженной точке, высекая искры желания.
— Боже… Да… Тарас! — хныкаю. — Продолжай! Не останавливайся.
— Оу, уже по имени. Больше не мальчишка?
— Займись делом, много болтаешь! Продолжай!
— Забыла добавить. Пожалуйста.
— Да-да. Пожалуйста! Только не останавливайся…
Он снова набрасывается на меня, делая это еще быстрее, сильнее. Снова и снова, пока я не запрокидываю голову назад и закрываю глаза.
От удовольствия задыхаюсь.
