Да, что уж говорить, девочка родилась крупной, четыре двести. Как только такая маленькая, хрупкая девушка, как Сладкая смогла сама родить, не знаю. Мы знали, что ребёнок крупный и Наталья Иванова предлагала кесарить. Но Сладкая отказалась. Сказала, только в самом крайнем случае. И она оказалась права. Она справилась.
Я подошёл к ней, когда мы остались одни, наклонился и поцеловал:
- Спасибо, - она вяло улыбнулась, её немного трясло и её укрыли одеялом. - Как мы назовём нашу девочку?
- Конечно, Варвара, - сказала Сладкая.
Я расплылся в довольной улыбке. Вот уж даже не думал об этом имени, но мне нравилось.
- И давно ты его придумала?
- Я не придумывала, как-то само... Просто решила, что если девочка, то только -- Варвара'. Дочь Ва'рвара.
- Мне, определенно, нравится, - я снова её поцеловал.
Я не выпускал из рук малышку и был рядом с женой. Периодически к ней приходила Наталья Ивановна, зачем-то давила на живот, а потом снова уходила.
Господи, спасибо тебе за это счастье. Мысленно благодарил я, глядя на своих девочек. Варя была теперь у мамы и пыталась присосаться к груди.
Снова зашла Наталья Ивановна, нажала на живот Сладкой.
- Девочки, заберите малышку, - крикнула она. - Сава, иди посиди на посту. Поставьте метилку, - обратилась она к акушерке. Все засуетились.
- Мам, что? - с тревогой спросила Сладкая.
- Всё хорошо. Сейчас прокапаем, и всё будет в норме. Сава, иди на пост, - обратилась она ко мне, увидев, что я так и застыл в дверях.
А я сдвинуться не могу. Снова паника ползёт по телу, лишает возможности двигаться и нормально дышать. Глаз отвести не могу от Сладкой. Она пытается улыбнуться и заверить, что всё хорошо.
Из предродовой палаты меня уводит Наталья Ивановна.
- Катюша, сделай ему кофе, - просит она девушку, что что-то писала за столом, а потом обратилась ко мне. - Сава, всё будет хорошо! Слышишь?
Я кивнул. Я слышал. Вот только страх запускал свои щупальца в сердце и мозг. Он, словно, смеялся надо мной. Над дураком, который поверил, что счастье ему тоже доступно.
Маша
Мне подключили капельницу.
- Мам, что происходит?
- Ничего страшного. Матка плохо сокращается, но учитывая, что такой крупный ребёнок, это нормально, такое бывает. Прокапаем и всё будет хорошо. Паниковать не нужно.
Я кивнула. Я доверяла маме.
Капельница не сработала и меня снова перевели в родзал, для осмотра и выскабливания. Снова капали. Брали кровь на проверку гемоглобина.
Мама старалась не смотреть мне в глаза и только повторяла, что всё будет хорошо.
Ещё одна капельница, но на этот раз с плазмой.
- Мам...
- Всё будет хорошо, - в очередной раз повторяет она.
Варвар
Меня отправили в ординаторскую. Но сидеть там я не мог. Физически не мог. Чтобы не мешаться, я стоял в дверях кабинета, превратившись в слух.
Я видел, как Сладкую опять отвели в родзал. Время текло так быстро и, в то же время, чертовски медленно. Мне никто ничего не говорит. Но по тому, как все суетились, было понятно, хорошего мало.
- Заказывайте плазму, - слышу голос Натальи Ивановны.
Я не выдержал и подошел к ней.
- Наталья Ивановна, объясните, - потребовал я.
Она посмотрела на меня, как будто только сейчас вспомнила, что я тоже здесь. Усталость отражалась на её лице, а в глазах было полно тревоги. Она взяла меня под руку и отвела назад в ординаторскую.
- Сава, - начала она, садясь на диван. Я сидеть не мог и мерил шагами небольшое помещение ординаторской. - У Маши послеродовое кровотечение. Для её комплекции ребёнок очень крупный и такое случается. Растянутая матка просто не может сама сократиться. Мы делаем всё возможное, чтобы ей помочь.
- А плазма зачем? Это же кровь?
- Да, потому что кровопотеря большая, и поддержать её состояние мы обязаны.
- Я могу к ней зайти?
- Можешь. Но, Сава, не нервируй её и не пугай.
Ничего не ответил, рванул к своей Сладкой. Она лежала какая-то потерянная, бледная, с растрепанными волосами, а глаза были полны слез.
- Сладкая, - я подошел, присел рядом. Взял её пальчики в свои и легонько сжал их. - Ты ведь сильная, ты справишься. Правда.
- Сава, ты только не злись, - говорит она и нервно облизывает бледные губы. - И не перебивай.
Киваю, но, когда она начинает говорить жалею, что дал такое обещание.
- Я знаю, что такое послеродовое кровотечение и чем оно опасно. Не перебивай, ты обещал. Я верю, что мама сделает всё возможное. Но если вдруг...
- Нет, - не выдерживаю. - Даже не думай, ты не оставишь меня! Нас не оставишь! Сладкая, пожалуйста, даже мысли такой не допускай.
- Сава, милый мой Варвар, - она пытается улыбнуться. - Просто пообещай, что ты её не бросишь.
Слёзы душат, в горле ком, и он не позволяет сделать полноценный вдох. Сладкая молчит и ждет моего ответа.
- Обещаю, - выдавливаю из себя.
Хочется курить и крушить всё кругом. Как хреново, что ты ничего не можешь сделать, когда твоему самому дорогому человеку нужна помощь. А ты ноль, пустое место, потому что ничего не можешь, совсем ничего.
