— Пап, — красавчик выпускает меня из рук. — Я должен жениться на этой страшиле? Ты только посмотри! Она ж худая как доска, слепая как крот! — Заткнись, Глеб! Будет так как я сказал! Мне нужен внук. Чистокровный оборотень! Она подходит! И это не обсуждается! — потом обращается ко мне. — Так что, Олеся? Ты согласна? Выйдешь за моего сына? Спасешь свою землю, своего отца? Не позволишь своим сородичам пресмыкаться передо мной? — я медлю с ответом. Мстислав кивает на папу. — Убей его! — Нет! Я все сделаю. Я выйду за вашего сына.
Annotation
— Пап, — красавчик выпускает меня из рук. — Я должен жениться на этой страшиле? Ты только посмотри! Она ж худая как доска, слепая как крот!
— Заткнись, Глеб! Будет так как я сказал! Мне нужен внук. Чистокровный оборотень! Она подходит! И это не обсуждается! — потом обращается ко мне. — Так что, Олеся? Ты согласна? Выйдешь за моего сына? Спасешь свою землю, своего отца? Не позволишь своим сородичам пресмыкаться передо мной? — я медлю с ответом. Мстислав кивает на папу. — Убей его!
— Нет! Я все сделаю. Я выйду за вашего сына.
Глава 1. Олеся
Глава 2. Олеся
Глава 3. Олеся
Глава 4. Глеб
Глава 5. Олеся
Глава 6. Глеб
Глава 7. Олеся
Глава 8. Глеб
Глава 9. Олеся
Глава 10. Глеб
Глава 11. Олеся
Глава 12. Глеб
Глава 13. Олеся
Глава 14. Глеб
Глава 15. Олеся
Глава 16. Олеся
Эпилог
Глава 1. Олеся
— Я оделась. Можешь смотреть.
Мой друг, Влад, повернулся. Для меня он представлялся безликим пятном. Пока я не надеваю огромные очки.
Вот ведь странность. До первых дней менструации у меня было отличное зрение, а как только мне исполнилось тринадцать, я стала слепее крота. Но в облике волчицы я прежняя, могу рассмотреть пылинку за сотни верст.
Поэтому я и не люблю быть человеком. Могу неделями проводить в шкурке белой волчицы. Не чувствую своего уродства. Нескладная, худая как доска, с белой блестящей кожей и фиолетовыми глазами на пол-лица, с белыми как снег волосами, я далеко не красавица, но Влад смотрит на меня как то странно. Отчего на бледной коже появляется румянец.
Моя подруга Маша, считает что он меня любит. Я ей не верю. Меня не возможно полюбить. Будем честны. Я просто страшненькая. Я уже свыклась, что останусь старой девой. И даже то, что мой отец альфа, меня не спасет.
Деревья редеют. Уже видны крыши наших домов. Мы живём обособленно, в чаще тайги. Люди сюда практически не заходят. Иногда кто-то из наших идёт к ним, чтобы продать шкурки зверей, травы. Дорогие изделия, обработкой которых занимается Влад. Он говорит, что людям нравятся эти красивые камушки и они дорого платят за них. Мне их не понять. Для меня, как и для всех наших ценнее другое. Было бы что поесть, где поспать и что надеть.
Влад подарил мне такое кольцо. Честно говоря, я была больше рада шоколаду, что он привозил из города. Не понимаю, зачем надевать на палец его, оно ощущается чужеродным, сковывает движения. Поэтому ношу его на шее.
Впереди поляна, а дальше начинаются наши дома. Я торможу и прижимаюсь к дереву. Впереди незнакомец.
Я никогда не видела такого красивого мужчину. На нем майка без рукавов, и я могу рассмотреть огромные мышцы, как надувные. Одной рукой он сжал свой кулак, отчего его мышцы заиграли. Я так хочу прикоснуться к нему, что аж пальцы жжет. Хочу проверить, реальный ли он, или это всего лишь плод моего воображения. Его взгляд с ненавистью смотрит куда-то вниз. Опасный. Мужественный. Мое сердце готово выпрыгнуть из груди, а щеки пылают огнем, я ничего не вижу вокруг. Только его.
Прижимаюсь спиной к коре дерева, пытаюсь унять непривычное волнение. Меня бросает то в жар, то в холод и трудно дышать. Приходится напомнить себе кто я. Что такой невероятный красавчик никогда и не посмотрит на меня.
— Олеся! Что происходит? Все наши валяются на земле, не встают. Ты слышишь? Они хотят убить твоего отца! — тряхнув головой, прогоняю странный морок. Смотрю на поляну.
— Отец. Что делать с альфой? — спрашивает красавчик бархатным хрипловатым голосом. По моей коже бегут мурашки, волоски встают дыбом, а сердце замирает. Я заставляю себя сосредоточиться и не смотреть на красавчика. Рядом с ним стоит странный мужчина. С такими же волосами как у меня, собранными в хвост. У него цепкий ледяной взгляд, пронизывающий холодом.
Я замечаю отца, лежащего под ногой красавчика. Моего сильного папочку, которого никто из наших не мог одолеть в бою, победил этот красавчик. Сволочь!
Да как он смеет? Я бегу к нему. Влад кричит: «Стой! Олеся!» Но меня уже не остановить.
— Пап!
Хочу упасть на колени проверить жив ли он, но меня ловят за руки. Два верзилы. С облегчением понимаю, что отец дышит. Папа смотрит на меня, и в его глазах блестят слёзы. Он пытается встать, но красавчик давит ногой вниз, прижимает отца к земле. Оглядываюсь вокруг, хочу попросить помощи у наших. Они стоят на коленях, покорно опустив голову.
— Что здесь происходит? Кто вы такие? — Блондин с хвостиком подходит ко мне, оценивающе смотрит на меня.
— Я, Мстислав. Эта территория принадлежит мне. И эти оборотни, теперь, мои рабы.
— Мы живём здесь столетиями. Эта земля нашей общины! Убирайтесь отсюда! Да отпустите меня! — вырываю руки из плена верзил, и тру плечи. Сволочи! Скорее всего, появяться синяки.
— На колени! — гремит приказ мужика с хвостиком.
— Ага! Сейчас! Разбежалась! — он смотрит так проникновенно, словно душу выворачивает, ноги слабеют, но я не позволяю себе упасть. Волчица готова покориться, но я против!
