– А сам сразу же отдал сына в чужие руки и даже не почесался. Там вообще все что угодно могло быть. Этот придурок мог ему и порнуху показать, ты бы только потом об этом узнал. Он все что угодно мог сделать, ты же его совсем не контролировал.
Игорь подумал, что лучший способ разбудить в Молодом именно такого персонажа, какого описала жена, это забегать каждые пять минут в его кабинет и спрашивать игривым голосом, что они делают. Игорю хотелось привести этот аргумент, но жена сразу бы сказала, вот с какими непредсказуемыми придурками он, Игорь, работает, и неизвестно куда бы повернула потом, но жена нашлась сама.
– Ты бы еще педофилу этому вашему его бы отдал, – сказала она вполголоса, – лишь бы самому не возиться. Хотя кто тебя знает, может, отдавал, я ведь ничего не узнаю.
– Но ты-то его совсем не хотела брать, – шепотом заорал Игорь, потому что ему отчего-то стало обидно за свое место работы. – Легко говорить, когда карантин кончается, вот возьми его завтра сама, к своим нормальным людям. Я-то хотя бы знаю, что у меня есть педофил на работе, а вот твои ребята еще неизвестно какие нормальные и кто из них кто.
– Ты сам знаешь, что я не могу взять, потому что сама сотрудникам запрещала детей на работу приводить, потому что у нас не детский сад. У нас коллектив женский почти полностью, это как сразу сорок ФСБ в одном помещении.
То, что она пыталась шутить и перешла обратно на нормальный шепот, понравилось Игорю, он внезапно вспомнил, чем может отвлечь жену от спора в сторону обычной семейной беседы, но тут в комнату ворвался сын и потащил их к себе в комнату:
– Смотрите, что я построил.
Жена стала выговаривать сыну, что нельзя кричать так громко, потом сама заинтересовалась, села за монитор и довела сына до рыданий тем, что ее нельзя было согнать с места около двух с половиной часов. Она все время говорила: «Еще минуточку». «Еще минуточку», – со слезливым сарказмом повторял за ней сын и с разбега падал лицом в подушку, пока не уснул после одного из таких падений, потому что время было уже позднее. Игорю, наконец, как-то удалось выковырнуть жену обратно в их комнату.
Игорь не стал ждать, пока она вспомнит, что ссорилась с ним, и сам завел разговор, который должен был ее заинтересовать:
– Вот ты про Фила говорила, он, между прочим, не такой уж упертый, знаешь, оказывается. Он ведь с женой нашего завхоза переспал.
Игорь увидел заинтересованность в глазах жены и продолжил:
– Я, считай, неделю назад узнал, даже больше, сам удивился.
– То есть он и так и так может? – спросила жена таким голосом, будто ей нравилась в мужчинах такая многопрофильность, где-то внутри своей головы она сняла крест с Фила, которым когда-то его перечеркнула. Словно рассчитывала, что в какой-то перспективе она может пересечься с Филом и проверить его способности.
– Да, – сказал Игорь, – прикинь.
– А завхоз что? Это который Ринат Иосифович? – спросила жена.
– А завхоз ничего не знает, – сказал Игорь.
– Ничего у вас там, – с одобрением заметила жена, – страсти кипят.
– Это прямо случай, когда удар в спину наносит тот, от кого меньше всего ожидаешь, – сказал Игорь.
Жена радостно рассмеялась.
– Вот уж точно, – сказала она, – никогда бы не подумала, если бы была мужиком, я бы, наверно, спокойно бы отправляла жену с ним куда угодно.
– А я бы все равно сомневался, – сказал Игорь. – Слишком уж он хорош.
– Даже так? – спросила жена. – Я думала, он вроде таких, ну, знаешь, роли в американских фильмах всяких устроителей свадеб, и модельеров, и дизайнеров.
У Игоря всплыла в памяти кухня, которую он подробно, без выходных, описывал, опять вспомнил, как стоял, облокотившись на подоконник, Фил, и сказал:
– Нет, он совсем не такой, поверь. Нужно как-нибудь собраться на Новый год, сама посмотришь, только не растай и по пьяни Ринату не выболтай.
Жена стукнула его маленьким плотным кулаком в плечо.
– Ему, кстати, совсем не до Мишки было, – сказал Игорь, наполовину смеясь. – Он ведь весь этот ремонт туалета и замутил. Его жена из дома выгнала, когда скандал был. Он теперь на работе и живет.
– Даже квартиру не снимает? – удивилась жена.
– Даже, – сказал Игорь.
