Я задумался о том, что запас его жизненной энергии, кажется, был бездонным. Мольбы о помощи и комментарии о незавершённых делах смешивались с его шутками. И даже когда вечерняя усталость наваливалась на нас, он всегда находил время, чтобы собрать нас вместе. Неприметная надежда, которой он делился, стала тем связующим элементом, который заставлял нас продолжать двигаться вперёд.
– Через минуту они будут здесь, – мрачно произнёс я, услышав отчётливые звуки топота упырей, йети и вампиров. – А какая скидка сегодня в баре? – с оптимизмом спросил я у Сергея, но тот лишь улыбнулся…
Комната, слабо освещённая единственной потрескивающей лампочкой, источала запах пыли и чего-то кислого, металлического. На единственном столе, покрытом грубой, местами прожжённой тканью, лежали инструменты, которые, кажется, никогда не видели стерилизатора: ржавая ножовка по металлу, заржавленный скальпель с отломанным кончиком, пара затупленных щипцов и множество других предметов, вызывающих отвращение.
Мужчина в белом халате, давно пожелтевшем и покрытом пятнами, напоминал призрака медика из забытого прошлого. Его движения были медленными, неловкими, но в них чувствовалась какая-то уверенная жестокость. Халат был заляпан бурыми пятнами, которые, скорее всего, были засохшей кровью. Сам «врач» выглядел измождённым, его лицо было осунувшимся, а глаза – глубоко запавшими.
На столе лежал человек, его тело – истощённое, покрытое синяками и рубцами. Лицо его было бесцветным, безжизненным. Он не кричал, не сопротивлялся. Его взгляд, устремлённый к единственному источнику света, был пустым, лишённым всякой надежды. Кажется, он давно смирился со своей участью, с этой ужасной игрой в жизнь и смерть, которую затеял с ним этот человек в пожелтевшем халате.
Ножовка, скрипя, вгрызалась в плоть наркомана, оставляя за собой кровавый след. Кровь, тёмная и густая, собиралась лужицами на столе, смешиваясь с остатками непонятной жидкости. Каждый рез ножовки сопровождался глухим стоном, который больше походил на треск ломающихся костей, чем на изданный человеком звук.
«Врач», не обращая внимания на испытываемую пациентом боль, продолжал свою работу, словно заведённый механизм, лишённый эмоций и сострадания. Он не проявлял ни малейшего признака человечности. Его действия были отточены опытом нечеловеческого обращения с телом. Это была не просто пытка, это был ритуал, своеобразная садистская хирургия, цель которой оставалась непонятной.
После ножовки, «врач» переключился на другие инструменты, медленно и тщательно обрабатывая рану. Его движения были аккуратными, точными, свидетельствовали о длительном опыте, хотя и опыте далеко не медицинского характера. Наконец, с жестокой хладнокровностью, он ввёл острый серебряный предмет – предположительно, некую иглу – в бедро несчастного наркомана.
– Сука! – прорычал худой мужик, когда на операционном столе сгорел очередной подопытный.
– Насколько я понял, иммунитета к серебру у него нет, – с досадой проговорил вошедший худой человек в чёрном плаще и шляпе. – Какой по счёту?
– Извините меня, мой господин, за моё сквернословие, – «врач» поклонился и, не поднимая головы, ожидал приказа.
– Какой по счёту этот бедолага? – не обращая внимания на склонившегося подчинённого повторил вопрос пришедший.
– Сегодня пятнадцатый, – быстро проговорил врач. – В основном ловим бездомных и наркоманов. Их никто искать не будет…
– Я в курсе… – человек в плаще подошёл к операционному столу и посмотрел на него. – Как думаете, может ли возникнуть получеловек-полувампир? В теории?
– В нашем мире был подобный случай, но…
– Он не стал полувампиром, – перебил его главный. – Так как изначально был полубогом, а они не становятся ни вампирами, ни, тем более, оборотнями. Кроме него не было никого с подобными силами. В этом мире возможно стать кем-то средним?
– В теории возможно. Если сильный высший вампир с хорошим генофондом укусит человека, у которого разрушенные гены… – врач замолчал. – Я успел изучить медицинскую литературу этого мира и…
– Говори, как ты понял. Я тоже ознакомился с этим миром.
– Согласно теории, если вампир укусит такого человека, то в его организме может произойти перестройка клеток, однако она будет происходить не с целью трансформации в вампира, а с целью защиты организма. Так было написано в записях Старого эльфа…
– И его записи я читал.
– Значит нужен человек с кучей болезней и высший вампир, – прошептал он, не поднимая головы.
– Если таковой найдётся, то вы сможете вычленить из него иммунитет к серебру? – спросил спокойным голосом человек в плаще.
– Да, – твёрдо ответил врач.
– Тогда жду полный отчёт к завтрашнему вечеру. Можешь использовать медицинские термины этого мира, – прошептал человек в плаще, развернулся и покинул операционную.
***
– Я возьму коридор, – выкрикнул я и ринулся к нему, выхватывая секиру из ножен.
– Марк и Сергей, окно, – крикнула Ария, когда из оконного проёма показался первый упырь.