«Ледяная ведьма, – в очередной раз подумал Фаргрен. – Такая же, как до Дубков».
– О том, что произошло.
– И что же произошло?
Фар вздохнул.
– Послушай, я не знаю, как именно ты связана с этими генасами, но… Они-то точно причастны к тому, что здесь творится. Тысячи людей погибли, и…
– Тот полукровка сказал, они охотились на оборотней, – перебила его эльфийка. – Это тебя интересует?
– Да, – признал Фаргрен после недолгого молчания.
Она ткнула его носом в его же собственную душу. На тысячи погибших селян ему, если честно, было плевать. Он порадовался за кузнеца – тот был другом отца и хорошо относился к Ирме, даже в семью взять хотел. Но главное – котенок уцелел. Все остальное – неважно.
– Такой же черный волчище, – проледенила Мильхэ.
Почему она повторяет слова недруга, пришедшего им на помощь? Звуки отрезало – эльфийка поставила круг тишины.
– И чего именно ты хочешь?
Фаргрен молчал, раздумывая, как ответить. Чего он хочет? Дойти до дольмена, это точно. Но для чего? Почему?
– Идти в этот могильник, – сказал наконец Фар.
С какой стати он будет выкладывать ненадежному товарищу свои мысли?
– Я не знала, что они ловили оборотней, – произнесла Мильхэ, глядя в утреннее небо.
– Но про них самих ты знала?
– Встречала полукровок пару раз, но мне мало что известно.
– Долго ты… работаешь с этим? Светлый Лес тебя послал?
Ледяное молчание, а потом:
– Мне надо поспать.
Не дожидаясь ответа, она завернулась в одеяло с головой. Вот и все, вот и думай что хочешь. Но даже если она работает на Светлый Лес и потому не может ничего рассказывать, разве стоило отпускать того парня?
В полдень они не вышли – Мильхэ отказалась вставать.
– Еще три часа, – заявила она и накрыла себя ледяным куполом.
Возразить такому было нечем. Пришлось ждать.
– Даже лучше, если отдохнет побольше, – сказал Геррет. – Войдем в Чащи, и она нам будет нужна. Ирма, потренируйся пока.
После нападения полукровок он стал вместо Мильхэ обучать Ирму общим приемам генасов. Она уже могла поставить самый простой щит, хотя до уровня Геррета и ледяной ведьмы ей, конечно, было еще далеко. Как до Унат-Хаара пешком.
– Лучше бы ты нас послушала и поехала в Эйсстурм, – вздохнул Геррет.
Вопреки обыкновению, Ирма промолчала. По какой бы причине она ни отказывалась раньше, встреча с маленькими генасами-полукровками, видимо, изменила ее настрой. Теперь Ирма не была так категорична.
– Почему Мильхэ такая слабая? – спросила она в перерыве между упражнениями.
Геррет нахмурился и проворчал, косясь на ледяной купол:
– Вот уж кто-кто, а она точно не слабая.
Все, кроме Ирмы, знали, что никакие разговоры Мильхэ не пропускает. На все шуточки, которые, как наивно они полагали, ледяная ведьма не слышала, она уже ответила сполна.
– У нее быстро кончаются силы, – возразила Ирма.
– Она не слабая, а нестабильная. Это разные вещи. Если выбирать между вами, – Геррет усмехнулся, – я бы выбрал ее.
– Почему?
– Да потому что она уделает тебя со всей твоей силой, как ребен… – Геррет осекся: именно дети их чуть не убили. – При определенных обстоятельствах она уделает и меня, – выдал коротышка немыслимое для него признание. – Ты не видела ее разные уровни силы.
– Она слабая.
– Слушай, может быть, сила у нее меньше твоей, но она заберет твою и обратит против тебя.
– Как сделал тот мальчик? – спросила Ирма, видимо, имея в виду маленького иллигена, который взял на себя ее с Мильхэ ледяную волну и метнул обратно.
– Угу, – буркнул Геррет и добавил: – Тебя она точно уделает. По сравнению с ней ты бледная тень генаса. Я бы поставил на Мильхэ, даже если бы ты уже прошла Северную академию. У нее опыт, знания и мозги. Только последнего порой достаточно, чтобы победить врага.
– Она отпустила врага, – сказала Ирма.
Все переглянулись.
– И что бы мы делали с тем парнем? – тихо спросил Рейт. – Он, может, и не совсем ребенок, но…
– По закону его надо было бы скинуть на руки властям, – задумчиво протянул Геррет. – Но, сраный пепел, его бы пришлось кормить, тащить за собой, следить, чтобы не убежал. Может, даже хорошо, что она его отпустила?
Фаргрен молчал. Хорошо? Да с чего бы! Выходка ледяной ведьмы светила не просто неудобствами, а неприятностями в виде смерти. Нет, из того юнца надо было выбить больше сведений, чем достала Мильхэ своим разговором. Да, детей и Фар не смог бы убить. Но четырнадцатилетний парень – это, считай, взрослый. Сколько малолетних ублюдков творят разные зверства. Большая часть ворья в городах из таких. Они могут насиловать и убивать. Причем осознавая, что именно делают.
– Не стой столбом, Ирма, – прервал тишину Геррет. – Продолжай давай.
В пути, несмотря на, так сказать, идеологические разногласия, старались не разделяться. Если Фаргрен шел на разведку, то далеко не уходил, чтобы быстро вернуться к отряду при необходимости.
Сейчас он волком стоял на высокой скале, глядя в северную даль.
