Эйсгейр оценил расстояние между столом и потолком крохотного кабинета. В архиве потолки вообще не очень высокие. Если встать на стол, то можно ухо приставить к камню. А эта крыса архивная явно придумала что-то себе в помощь: в руках парень держал странную трубку. Видимо, Ярл Мурмярл слышал, как она шоркает по камню или как двигается сам шпион по кабинету.
– Милорд?
Это пришел главный архивариус Хелгар, услышав шум. За его спиной собирались оторванные от своих свитков и книг писцы.
– Кто здесь работает, кроме него?
– Никто, милорд.
– Заберу-ка я этого парня на время, Хелгар. А может, и не на время.
Крыса, хоть ее и поймали на горячем, держалась стойко. Времени наблюдать за допросом у Эйсгейра не было, и он вернулся во дворец, оставив писца на попечение рыцарям, следившим за холодушкой.
В кабинете его ждал Эамонд.
Глядя на серебряного кракена в волосах своего потомка, Эйсгейр осознал, что наместник уже совсем седой.
«Океан-отец, скоро все их поколение уйдет…» – поразила рыцаря горькая мысль.
Эамонду семьдесят, Хелгару даже больше. Да почти всем главным фигурам в его людском окружении за шестьдесят, как Сигсону. Виркнуд был самым молодым, приближаясь к полувековому рубежу. Как и Ормунд. Рыцарь в ужасе подумал, что, вполне вероятно, ему придется менять паруса в разгар шторма.
– Милорд, – заговорил Эамонд, отвлекая своего владыку от печальных размышлений, – разведчик из Бергнеса прислал отчет.
– Так скоро? Недели вроде не прошло.
– Да, милорд, – наместник подал рыцарю бумаги. – Он решил отправить раньше.
Эйсгейр взглянул на листы и нахмурился: буквы все были родные, но складывались в совершеннейшую тарабарщину.
– Это что?
– Записи подслушанного.
– Он писал все нашими буквами? На слух?
– Судя по всему, да.
– Да языковеды половину академии отдали бы за этого парня! – восхитился рыцарь. – Гений не иначе!
– Ну, судить не берусь, но слух у него хороший и воздухом одарен.
Он смотрел на письмена со странными значками. Расшифровка их приводилась тут же – обозначения разных звуков, смягчение или что-то, чего не было в общем или северном языке. Получалось, разведчик с ходу выдумал, как записывать непонятную ему речь. Эйсгейр пробежался взглядом по записям. Да, парень достоин награды! Еще и выделил часто повторяющиеся слова.
– Я решил сначала показать вам, прежде чем привлекать кого-либо. Это наречие разведчик не учил, но некоторые слова ему показались знакомыми и подозрительными, поэтому он стал запоминать и записывать фразы с ними. Все, конечно, не смог, но написал много.
– Подозрительными?
– Посмотрите на часто повторяющиеся слова, милорд. Их отдельно выписали сюда.
Рыцарь прочитал первое слово, и у него екнуло сердце. «Лашге». Напоминало «лашагед» из доимперского энуби. «Север». И правда, подозрительно…
– Кого привлечем к расшифровке, Эамонд?
– Может, эльфов попросить?
Да, уж у них знатоки всех видов энуби найдутся, и в Общество Знающих они не побегут, но… Стоит ли доверять Детям Леса, если и среди них не так спокойно, как кажется со стороны?
– А из наших?
Оба ненадолго замолчали.
– Хелгар, – предложил Эамонд.
«Эльвейг», – подумал рыцарь.
Его последняя жена, как и нынешний главный архивариус, занималась историей и языками. В ее личной библиотеке было много всего. В том числе словари разных наречий энуби, которые Эльвейг составляла сама.
Они и пригодятся Хелгару в расшифровке записей. Чем можно соблазнить ученого в преклонных летах, уже вырастившего и детей, и внуков, и правнуков, жившего в достатке подле владыки Северных земель, ни Эйсгейр, ни Эамонд придумать не смогли. Хелгару доверять можно.
Рыцарь перелился в архив, опять переполошив писцов. Невозмутимый главный архивариус, как ни в чем не бывало, поправил очки и поклонился.
– Хелгар, где библиотека Эльвейг из ее особняка?
– Она еще здесь, милорд. Мы все рассортировали. Ждем ответа от Второго архива о копиях и переписываем то, что имелось в единственном экземпляре.
Дела архивные вершились не быстро. Сейчас это даже радовало.
– Покажи мне словари.
– Да, милорд, сюда. – Хелгар повел рыцаря между столов и стеллажей. – Я, признаться, посмотрел ее последние работы. Она великолепным языковедом была. Один словарь доимперского энуби чего стоит, милорд. Не знаю, почему и половины не опубликовала. Жаль, ушла так рано…
«Ну конечно, она занималась энуби! – подумал Эйсгейр, вспомнив, как Эльвейг долгими вечерами что-то писала, обложившись со всех сторон свитками и бумагами. – И другими периамскими языками».
– Может, милорд разрешит опубликовать словари? Найдем, кто доработает, и…
– Посмотрим, Хелгар, посмотрим. Мне нужна твоя помощь.
– Конечно, милорд, приказывайте.
Рыцарь отдал архивариусу записи разведчика и наказал сделать перевод в строжайшей тайне. Но сначала попросил найти повторяющиеся слова из списка разведчика. Хелгар попутно восхищался словарями Эльвейг.
– Вы не понимаете, милорд. Так никто раньше не делал.
– Верю, Хелгар. Она просто не успела довести работу до конца.
