Отдушина полностью

– Тамара! Вторая кабинка.

– Спасибо, Надь.

Тамара Михайловна поднялась с шаткой скрипучей скамьи, прошла в знакомую кабинку и сняла трубку стоящего на полочке телефонного аппарата.

– Алло.

– Мам, привет, это я! – голос дочери уверенно прорывался сквозь помехи сети, – как у тебя дела?

– Нормально, – сухо ответила Тамара Михайловна.

– Ма, ты не сердись, что не приезжаем. Правда – не вырваться. У Стаса опять проблемы на работе, все выходные там торчит. Разгребет немножко – сразу приедем.

– Да я не сержусь. Понимаю.

– Слушай, ма, тут такое дело… На той неделе Веронику прооперировали, помнишь, подружка моя по институту. Все обошлось, с хирургом повезло. Хороший специалист. Он сейчас в отпуск собрался. На месяц. Хочет из города вырваться в глухомань, чтоб не доставал никто. Книгу пописать. Хобби у него такое. Я подумала, почему б ему у тебя не пожить? На мансарде? Ты ж раньше ее дачникам сдавала.

– Ну, не знаю, – немного растерялась Тамара Михайловна, – там сейчас и кровати то нет. Да хлам свален.

– Ничего страшного, он неприхотливый, и на раскладушке поспит, а хлам не помешает. Лишь бы крыша не текла.

Судя по всему, дочь уже обсуждала с хирургом перспективу отдыха в деревне.

– Он дядька очень хороший, не привередливый. Будет сидеть и роман свой писать. По дому, опять-таки поможет. И тебе повеселей. Понимаешь, я Веронике уже пообещала. Надо отблагодарить человека.

– Ну, хорошо, мне не жалко. Пусть поживет.

– Спасибо, ма. Он послезавтра приедет. На своей машине. Я объясню, как добраться. Звать его Дмитрий Павлович. Не женат, кстати. Я с ним продукты передам. По деньгам с Вероникой сама разберусь. Она оплатит проживание.

– Да ладно, может и бесплатно…

– Зачем, если сами предлагают? Сапоги себе зимние купишь. Тем более, готовить он не будет, придется тебе. Но он не гурман. Что приготовишь, то и приготовишь. Я через недельку перезвоню – как вы там. Да, узнай, ловит ли у вас мобильный телефон, мы тебе тогда трубку привезем, чтоб с переговорами не заморачиваться. Давай, ма, я на лекцию опаздываю. Пока, целую.

Протараторив, дочь отключилась от линии. «Как была балаболкой, так и осталась, – улыбнулась Тамара Михайловна, выходя из кабинки, – опять туману напустила. В глухомань, видишь ли, доктору захотелось. Небось, сама ему и предложила. Нет, чтоб прямо сказать – мам, жениха тебе присмотрела очередного».

– Ольга? – поинтересовалась телефонистка.

– Да. Дачника сосватала.

– Дело хорошее. Я б на месте наших правителей здесь пансионатов понаоткрывала. Какие места пропадают. И погода лучше чем на курорте.

– Да, места славные… Надюш, Ольга спрашивает, берет ли здесь мобильный телефон?

– У нас берет. Недавно антенну поставили. А у вас – не уверена. Могу спросить.

– Спроси, пожалуйста, Надюш… Я б поболтала с тобой еще, да на автобус боюсь опоздать.

– Ничего, Тамар. Еще поболтаем.

Тамара Михайловна покинула поселковую почту и поспешила к автобусной станции. Еще надо успеть заскочить в промтоварный магазин, купить стирального порошка и кое-что по мелочи.

Попытки Ольги устроить ее личную жизнь она не осуждала, наоборот, воспринимала, как заботу. Ну, хочется дочери видеть рядом с матерью опору, что ж в этом плохого? Сама же Тамара Михайловна от разговоров на эту тему уходила, отшучиваясь – мол, ее время вышло, мол, ей и так хорошо, но видимо, дочь чувствовала, что одиночество не самый лучший вариант для матери.

Первого и единственного супруга, Ольгиного отца, она похоронила семнадцать лет назад. Несчастный случай. Убило током на стройке, где он трудился сварщиком. Забыл повесить табличку, чтобы не включали питание на силовом блоке, и полез чинить трансформатор. Потом в ее жизни появился разведенный отставник, но долго они не протянули. Новый спутник скрашивал досуг недельными запоями, несовместимыми с какой-либо трудовой деятельностью, и после очередного его пьяного аттракциона Тамара Михайловна указала на дверь. И в дальнейшем никаких попыток найти свою половину не предпринимала. Хотя считалась женщиной интересной и вполне перспективной в семейном плане.

Они с дочерью жили в Питере, при этом сама Тамара Михайловна была не местной, не питерской. Родилась здесь, в Новгородской области, в небольшой деревне, стоявшей на берегу реки Мсты. Отца она не помнила, со слов матери, он утонул по пьяному делу, хотя, не исключено, что мать выдумала эту историю, потому что могилы его на деревенском кладбище не было. Окончив местную восьмилетку, находившуюся в соседней деревне, Тамара уехала в Питер, поступила в техникум. Потом ткацкая фабрика, свадьба, рождение Ольги, летящие, как курьерский поезд годы. Самая обычная биография.