— Ну почему? Почему ты не хочешь понять меня? Почему ты меня не слышишь? — они уже более часа спорили с мужем, но всё так и не пришли к общему мнению. — Ты можешь понять, я устала! Я так устала от всей этой повседневной суеты, что мне уже белый свет не мил. Давай поедем куда-нибудь. Хоть ненадолго, хоть на пару дней. Мне нужно это, понимаешь?— Я не могу. — твёрдо отрезал муж. — Если тебе так хочется, бери адрес и поезжай сама. А у меня тут полно дел, я и так едва успеваю.
— Ну почему? Почему ты не хочешь понять меня? Почему ты меня не слышишь? — они уже более часа спорили с мужем, но всё так и не пришли к общему мнению. — Ты можешь понять, я устала! Я так устала от всей этой повседневной суеты, что мне уже белый свет не мил. Давай поедем куда-нибудь. Хоть ненадолго, хоть на пару дней. Мне нужно это, понимаешь? Я уже не могу смотреть на все эти кастрюли, ложки, поварёшки. Оно давит на меня, сил нет. Каждый день одно и то же, с утра до ночи. Кручусь, как белка в в колесе. Дай мне шанс хоть немного сменить обстановку. Я хочу отдохнуть от всего этого.
— Если тебе так тяжело справляться, я могу помогать тебе.
— Нет, спасибо. Знаю я твою помощь. После неё мне вдвое больше работы. Я сама со всем справлюсь, только мне нужна передышка, понимаешь? Соседи недавно к морю ездили. Говорят, там хорошее место. Можно устроиться и не дорого, всего на три дня. Там домики у моря и вид хороший. Давай возьмём у них адрес и поедем…
— Я не могу. — твёрдо отрезал муж. — Если тебе так хочется, бери адрес и поезжай сама. А у меня тут полно дел, и так едва успеваю.
Она опешила. Такого варианта она никак не допускала даже в мыслях. Муж никогда её одну никуда не отпускал, а сегодня предложил сам.
— Да, можешь ехать. — добавил муж. — И правда, отдохни, а я тут сам справлюсь. А заодно и друг от друга отдохнём. Можешь взять машину. Если хочешь, помогу тебе собраться.
Она не верила своим ушам. Он даёт ей свободу на целых три дня! Она может отправляться куда хочет, всё равно куда, лишь бы подальше от всей этой бытовухи, которая вконец засосала её. Ещё не веря своему счастью, она шмыгнула мимо мужа и пулей помчалась к соседям за адресом.
— Отправлюсь завтра же утром, а то ещё передумает.
Собиралась она наспех, совершенно не заботясь о том, что может что-то забыть. Закидывала в багажник всё, что попадало под руку, понимая лишь то, что колёса всё выдержат и всё это ей тащить на спине не придётся. А понадобится ли оно там, значения не имело. Даже если чего-то ей будет недоставать, она согласна обойтись без этого, лишь бы на свободе от всего, что ей до смерти надоело.
Всю ночь она не могла дождаться рассвета и встала с первыми петухами. Ещё раз заглянув в багажник и окинув всё небрежным взглядом, она захлопнула отяжелевшую задницу старенького жигулёнка, закинула в салон сумку с кой-какими тряпками, чмокнула на прощанье мужа и села за руль. И лишь надавив на газ и почувствовав свист ветра в ушах, она поняла, что всё это не сон, а происходит с ней на самом деле. Она удалялась от дома, от всех домашних проблем, от всей каждодневной суеты. И впереди у неё три свободных от всего этого дня, когда не надо будет готовить, стирать, убирать, мыть, гладить и т. д. и т. п., которому конца не видно.
Прошло около шести часов, прежде чем она попала по нужному адресу. И здесь всё её хорошее настроение одним махом улетучилось, когда она узнала, что свободных мест нет. Нет и в ближайшее время не предвидится, она попала в сезон отпусков.
— Только не это. — мысленно молилась она. — За что такое наказание? Мне выпал такой шанс, а я должна сейчас вернуться? Нет, ни за что! Три дня я могу пожить и в машине. Заберусь сейчас в какое-то тихое местечко и там перекантуюсь. Тут многие так делают. А то, что я совсем одна…так не одна ведь, тут по кругу много отдыхающих. Говорят, ведут себя мирно, никто никого не трогает. И меня не тронут. А если тронут…пусть только попробуют! У меня там в багажнике…А кстати, что у меня там в багажнике? Мне теперь самой придётся разжигать огонь, из чего-то что-то и в чём-то готовить, да и спать, даже в машине, без одеяла ночью будет холодно. Теплых вещей, точно помню, не брала. А одеяло? А из посуды что? Ну и путешественница…тупая дикарка, вырвавшаяся на свободу, с которой теперь не знает что делать.
Всё это она рассуждала, проезжая мимо небольших построек для отдыхающих и затормозила, когда увидела перед собой небольшой ларёк.
— Ну, это уже кое что. — она вышла из машины и открыла багажник, чтоб прикинуть, что ей стоит прикупить на сэкономленные деньги, которые она рассчитывала заплатить за проживание и обслуживание.
Одеяла в багажнике не оказалось, зато там много места занимала палатка, которую она понятия не имела, как устанавливать.
— Откуда она тут взялась, я её сюда не закидывала…Ах да, она осталась с последней рыбалки мужа, её так никто и не вытаскивал. Ну…на беду в неё можно завернуться.
Ещё там нашёлся чайник, но…электрический и упаковка чая.
— Да, дела… — ещё немного порывшись, она извлекла на свет божий небольшой котелок, весь в саже и пропахший рыбой. — Храни, Господи, моего муженька, за то, что не имеет привычки выгружать всё из багажника после рыбалки. И меня рядом с ним, за то, что не проверяю. Благодаря этому я с голоду не умру.
Она зашла в ларёк, взяла несколько пакетов с крупами, кое-каких приправ и соли, рассчитав, чтоб хватило на три дня.
— Куда теперь?… — она села за руль и завела мотор.
