Однажды, когда затворник Исаакий по обычаю сидел, потушив свечу, вдруг в пещере его засиял свет, как-будто от солнца, и такой свет, что слепит человека. И пришли к нему два прекрасных юноши с лицами блестящими, как солнце, и сказали ему: "Исаакий! Мы ангелы, а вот идет к тебе Христос, пойди и поклонись ему." Он же не понял бесовского наваждения, не додумался даже перекреститься, встал и поклонился, как Христу, бесовскому действию. Тогда бесы подняли радостный крик и сказали: "Ну, Исаакий, теперь ты уже наш!" Они ввели его в келию, посадили и сами сели с ним рядом. И вся келия наполнилась бесами. И сказал один бес, тот, что назвался Христом: "Возьмите сопели, бубны и гусли и играйте, Исаакий нам попляшет." И ударили они в сопели, бубны и гусли и начали играть Исаакием. Наконец, измучив, оставили его еле живого и ушли, насмеявшись над ним. Наступил рассвет другого дня, и, когда была пора есть хлеб, Антоний пришел по обычаю к окошечку, и сказал: "Господи, благослови, отец Исаакий!" Но ответа не было. "Скончался уже," — подумал Антоний и послал в монастырь за Феодосием и братией. Откопали загороженный вход, вошли и взяли Исаакия, думая, что он уже умер. Но когда вынесли его и положили перед пещерой, то увидели, что он еще жив. И сказал игумен Феодосии: "Это должно быть от бесовского действия." Его положили на постели, и Антоний стал служить ему. Вскоре, однако, Антоний был вынужден удалиться в Чернигов. Феодосий же, узнав, что Антоний ушел в Чернигов, пошел с братией, взял Исаакия и, положив у себя в келии, стал ему служить. Он был так расслаблен телом, что не мог ни повернуться, ни приподняться, ни сесть, — все лежал на одном боку и мочился под себя, так что у него от этого несколько раз черви заводились под бедрами. Феодосий же сам, своими руками обмывал и убирал его. И так делал он в течение двух лет. Чудно и дивно! Два года лежал этот больной, ни воды не пил, никакой пищи: ни хлеба, ни зелени не ел, — слова не промолвил, нем и глух лежал два года! Феодосий же просил за него Бога и читал над ним молитвы день и ночь, наконец на третий год больной заговорил, стал слышать, вставать на ноги и ходить, как ребенок. И не подумал он, чтобы пойти в церковь, стали его насильно водить и так мало-помалу приучили. Потом научился ходить за трапезу. Его сажали отдельно от прочей братии и клали перед ним хлеб, но он не брал, если ему не вкладывали в руку. И сказал Феодосий: "Положите перед ним хлеб, а в руку не вкладывайте, пусть сам ест." Он же целую неделю не ел, а потом понемногу огляделся, стал кусать хлеб и так научился есть. Так избавил его преподобный Феодосий от козней диавола. И снова предался Исаакий жестокому воздержанию. Со временем взял он верх над бесами и, как муж, ни во что не ставил их ужасы и мечтанья. Он говорил им: "В первый раз в пещере вы прельстили меня, потому что я не знал ваших козней. А теперь уже со мной Господь Иисус Христос, Бог мой, и молитва отца моего Феодосия, и я надеюсь, что одержу победу." Несколько раз бесы начинали досаждать ему и говорили: "Ты ведь наш, поклонился нашему старшине и нам." Он же говорил: "Старшина ваш — антихрист, а вы — бесы," — клал на лицо свое крестное знамение, и они исчезали. Иногда приходили они к нему ночью, пугая его призраками: как-будто, например, пришло множество народу с заступами и говорят: "Раскопаем пещеру и погребем здесь этого человека." А иные говорили ему: "Беги, Исаакий, хотят тебя погребсти." Он же говорил: "Если бы вы были люди, то пришли бы днем, а вы — тьма и во тьме ходите, и тьма берет вас." Он знаменовал их крестом, и они исчезали. В другой раз приходили стращать его в образе медведя или другого зверя или вола, иногда ползли к нему змеями, жабами, мышами и всякими гадами. Но ничего не могли они сделать и сказали: "Победил ты нас, Исаакий!" Он же сказал: "Вы победили меня в образе Иисуса Христа и Ангелов, не будучи достойны показываться в таком виде. Теперь же вы делаете, как следует, являясь в образе зверей, скотов, змей, гадов: вы на самом деле скверные, злые, таковы и в видении." И тотчас скрылись от него бесы, и с тех пор не было ему вреда от них. Он сам рассказывал, что три года была у него эта борьба. После же того он вел жизнь строгую, воздержную, в крепком посте и бдении, (М. Викторова. Киево-Печерский патерик С. 14).
895. Предавшись самовольному подвигу, инок впал в прелесть: видел свет, изменение на иконе, поднимался во время молитвы на воздух
См. также: Гордость; Непослушание; Подвиг ложный; Своеволие; Самообольщение
